Евроинтеграционные настроения в Сербии идут на спад, и последние действия Брюсселя, запретившего экспорт из ЕС лекарств и медицинского оборудования в разгар эпидемии коронавируса в Европе, только подогревает эти тенденции. Об отсутствии солидарности и корыстном лицемерии Евросоюза заявил 15 марта президент Сербии Александр Вучич, в пику Брюсселю запросив помощь у Китая. Политику Белграда в вопросах, где пересекаются интересы его восточных и западных партнеров проанализировал в интервью «Евразия.Эксперт» исполнительный директор Центра международной общественной политики (Белград) Мишель Зубеница.

– Запрет на экспорт лекарств и оборудования из Евросоюза из-за коронавируса показал, что никакой европейской солидарности не существует, заявил президент Сербии Александр Вучич. Как вы оцениваете его слова?

– Президент Сербии Александр Вучич выразил свое разочарование в связи с тем, что ЕС запретил экспорт медикаментов даже в такие страны-кандидаты, как Сербия. Это решение действительно несправедливо, потому что показывает, что в ЕС нет солидарности, особенно принимая во внимание возражения Брюсселя несколько месяцев назад, когда Сербия хотела купить медикаменты в Китае. Сербия в этой ситуации будет полагаться только на помощь Китая.

– Глава МИД Сербии Ивица Дачич заявил о попытках остановить «Турецкий поток», отметив, что при этом Сербии не предоставляют альтернативного варианта поставок газа. Какие силы пытаются оказать давление на Сербию, и почему это происходит именно сейчас?

– «Турецкий поток» – это проект, имеющий огромное значение для энергетической безопасности и экономического развития ряда стран. Успешная реализация такого проекта немыслима без финансовой, инфраструктурной и иной поддержки со стороны России и ее государственных или поддерживаемых государством предприятий.

В то время как Россия, будучи крупной державой, является главным инициатором этого проекта, большинство стран на проектируемом маршруте «Турецкого потока» либо являются членами ЕС и/или НАТО, либо стремятся стать членами хотя бы ЕС. Это, в свою очередь, означает, что Соединенные Штаты (конкурирующая с Россией держава) имеют там свою долю влияния (формально и/или неофициально).

Этот проект и противоречия в его реализации являются прекрасным примером борьбы за власть и региональное влияние между крупными державами.

Держатели власти в Сербии воспринимают российский газ как очень привлекательный и легкодоступный, как ценный вклад в ожидаемый экономический рост в ближайшие годы, и они приветствуют российскую политическую поддержку. В результате в настоящее время этот проект с энтузиазмом поддерживают политические элиты в Белграде. Препятствуя российским энергетическим проектам, Соединенные Штаты продолжают сдерживать геополитическое влияние Российской Федерации.

– США предлагают поставлять Сербии сжиженный природный газ вместо российского. Привлекательна ли для Белграда цена на американский СПГ?

– Вероятность того, что Сербия будет потреблять произведенный в США СПГ, на данный момент очень мала, учитывая расходы на транспортировку через Атлантический океан (а поскольку Сербия является страной, не имеющей выхода к морю, это также повлечет за собой транспортировку по железной дороге или дополнительным трубопроводам из соседних морских портов). Конечно, изменение политического климата или аргументы сербских держателей власти в более позднее время могут привести к добавлению американского природного газа в сербский энергобаланс и диверсификации поставок газа. Это будет политическое решение, и оно зависит от развития отношений с Россией в целом.

– На ваш взгляд, как далеко может зайти Запад в отношениях с Сербией в газовом вопросе? Может ли он навязать Сербии сжиженный газ?

– Все зависит от развития сербско-российских отношений и предпочтений политических элит в Белграде.

Увеличение потребления западного газа в Сербии в настоящее время маловероятно; если общий спрос на энергоносители в Сербии резко возрастет (как следствие экономического развития и роста и до такой степени, что он не сможет быть удовлетворен только за счет российского импорта), это может открыть двери для импорта энергоносителей из США или от других крупных экспортеров газа. В любом случае, добавление [поставок] американского природного газа будет зависеть от анализа экономической целесообразности, который позволит оценить общие политические, экономические, экономические и экологические издержки такого решения.

– Сербия только проиграет от вступления в ЕС, заявил депутат левого крыла в немецком Бундестаге. По его словам, при этом республика может потерять целостность и суверенитет. Как вы относитесь к этой точке зрения? Что думает по этому поводу сербское общество?

– У ЕС, как и у любого сообщества, есть свои хорошие и плохие стороны. В настоящее время Сербия далека от того, чтобы стать членом ЕС, но находится в процессе европейской интеграции и приведения своих законов в соответствие с европейскими. Сербия ориентирована на ЕС, потому что окружена государствами-членами или теми, кто хочет стать одним из них. ЕС является крупным экономическим партнером, и в настоящее время 70% сербского экспорта идет на европейский рынок.

Проблематика отношений заключается в том, что Брюссель настаивает на том, чтобы косовский вопрос был решен, а они рассматривают Косово как независимое государство.

Что касается граждан Сербии, то половина из них выступает за вступление Сербии в ЕС, но отмечается, что эта поддержка снижается. Лично я считаю, что Сербия никогда не войдет в ЕС, что она должна проводить независимую внешнюю политику и строить хорошие отношения с другими крупными державами, такими как Россия и Китай.

– Президент Вучич объявил, что сербские полиция и армия закроют границу с Северной Македонией по приказу из Белграда в любое время. Какова ситуация с мигрантами, прибывающими из Турции?

– Случилось так, что Европе снова угрожает миграционный кризис, как это было несколько лет назад, поскольку турецкий президент Эрдоган по какой-то причине открыл границы. Что касается Сербии, то она проводит гуманную миграционную политику, не хочет возводить стены и заборы и пока свободно допускает транзит через свою территорию. Смягчающим обстоятельством является то, что эти мигранты не хотят оставаться в Сербии, поэтому в первую очередь задуматься об этой проблеме придется странам ЕС.

– 2 марта в США состоялись переговоры между президентом Вучичем и лидером Косово Хашимом Тачи. Стороны договорились возобновить прямые авиарейсы, прекращенные 21 год назад. Как вы оцениваете итоги переговоров? Можно ли говорить о нормализации отношений между Сербией и Косово?

– Соединенные Штаты хотят как можно скорее покончить с косовским вопросом, и именно поэтому президент Дональд Трамп назначил одного из своих ближайших соратников Ричарда Гренелла посредником в переговорах между Белградом и Приштиной. Вашингтон хочет решить этот вопрос к концу кампании по выборам президента США, чтобы Трамп мог похвастаться внешнеполитическим успехом. Ожидается, что Белград и Приштина достигнут окончательного соглашения к осени этого года.

Источник «Евразия.Эксперт»