Ташкент утвердил новую Госпрограмму, которая должна значительно упростить законодательство в экономике, приблизив её к более развитым международным аналогам, а также повысить мобильность рабочей силы внутри страны. Это должно ещё больше стимулировать узбекистанский экспорт и способствовать продолжению курса на открытую рыночную экономику. На реализацию Госпрограммы направят 18,17 трлн сумов, а также 10,3 млрд долларов из средств международных финансовых институтов и грантов. 

В интервью «Ритму Еврзии» эксперт из Узбекистана директор Центра исследовательских инициатив «Ma'no» Бахтиёр Эргашев рассказал о значении данной программы и перспективах сотрудничества Узбекистана и Евразийского союза.

– Бахтиёр Исмаилович, в чем отличие Государственной программы развития на 2020 год от предыдущих?

– Формирование ежегодных государственных программ с упором на развитие тех или иных сфер – это традиция, за многие годы сложившаяся в системе государственного управления Узбекистана. Президент Шавкат Мирзиёев в 2017 году утвердил пятилетний план развития страны, который носит название «Стратегия действий на 2017-2021 годы». С тех пор в рамках этой Стратегии и принимаются ежегодные программы. Поэтому здесь мы видим всего лишь продолжение этой традиции.

2020 год в Узбекистане объявлен Годом развития науки, просвещения и цифровой экономики, поэтому Госпрограмма на 2020 год актуализирована под заявленные приоритеты. Несомненно, что Государственная программа на 2020 год отличается от предыдущей программы. Прошлый год у нас был Годом инновационного предпринимательства, и там были свои приоритеты, которые отличались от ныне обозначенных.

Но при этом особых, принципиальных отличий этой Госпрограммы от предыдущих я не вижу. Есть попытка сделать её более прикладной и более ориентированной на результат, но все это в рамках Стратегии действий на 2017-2021 годы.

– Почему количество пунктов в программе сократилось, а объём финансирования увеличился?

– Важнейшим прорывом в период президентства Ш. Мирзиёева является, на мой взгляд, формирование системы открытого обсуждения проектов нормативных правовых актов, которые готовят органы государственной власти и управления. Это касается открытости процесса подготовки принятия государственных программ, стратегий, проектов НПА. И именно это напрямую повлияло на процесс подготовки и принятия данного документа.

Проект Госпрограммы, который изначально состоял из 320 пунктов, был вынесен на всенародное обсуждение. В ходе дискуссий было получено 3162 комментария и предложения со стороны общественности, физических и юридических лиц. В результате программа сократилась на 36 пунктов.

Произошло в основном сокращение пунктов, которые носили дублирующий характер, либо они могли быть реализованы в рамках других проектов. В итоге, как мне кажется, произошёл очень серьёзный и полезный диалог между обществом, бизнесом и государством. Разработчики постарались услышать и учесть большинство вменяемых замечаний и предложений, которые были ими получены. Итоговый вариант госпрограммы, по моему мнению, стал более оптимальным по структуре, задачам и мероприятиям, которые туда включены.

– В Госпрограмме появилось предложение об отмене или смягчении института прописки, что это означает для Узбекистана?

– Пункт о том, что в Узбекистане с 1 апреля 2020 года будет введён новый порядок регистрации граждан, говорит о многом. Теперь постепенно будет внедряться институт регистрации вместо института прописки.

Это нововведение имеет большое значение в рамках реализации государственной политики урбанизации, означающей стимулирование роста и роли городов в Узбекистане. Один из важнейших элементов урбанизации – это переток избыточного сельского населения в города. И в рамках управляемой и комплексной политики урбанизации необходимо обеспечить эффективную систему свободного перетока населения и его учета. И – смягчение режима прописки, что, соответственно, привлечёт в города больше жителей. Внедрение новых механизмов учёта жителей городов работает на управляемый процесс урбанизации, снимает опасность появления эффектов «ложной урбанизации».

Я думаю, это будет иметь важное и положительное значение прежде всего в рамках развития рынка труда, обмена и перетока рабочей силы в стране – между селом и городом, между различными регионами. Это должно оказать положительное и эффективное влияние на экономическое развитие и в целом на процессы социальной трансформации в стране.

– Как Госпрограмма в целом повлияет на экономическое развитие страны?

– В принципе, страну ждут очень серьёзные изменения, которые предусмотрены в рамках стимулирования экономического роста. Для облегчения ведения бизнеса проведут ряд мероприятий, в частности в текущем году должны сократить количество лицензий и иных разрешительных документов, внедрить более эффективные электронные формы заполнения таких документов. Вводятся меры по сокращению трансакционных издержек для бизнеса. Даже программа по увеличению трафика интернета будет несомненно работать на создание более оптимальных условий для предпринимателей. Для бизнеса это очень важно и нужно.

Предусматривается внедрение инновационного механизма – выплата государством узбекским экспортёрам субсидий на покрытие части расходов по экспорту грузов авиационным и автомобильным транспортом. Эти важные и нужные меры должны ещё больше стимулировать строительство экспортно ориентированной экономики.

При этом в Госпрограмме предусмотрена реализация нескольких сотен проектов по созданию новых промышленных производств в стране, как крупных, так и средних. В принципе, учитывая, что всё большую долю в формировании новых производств играет не столько государственное финансирование, сколько иностранные инвестиции, это очень хороший и позитивный сигнал инвесторам. Значит, узбекистанская экономика реально переходит на рельсы экспортно ориентированного развития на основе производства и продажи промышленной продукции и переработки сельскохозяйственного сырья.

– Не прошло и недели после публикации данной Госпрограммы, как Узбекистан заявил, что собирается получить статус наблюдателя в ЕАЭС. Эти события как-то связаны?

– Я бы не стал проводить прямые параллели и связывать появление информации о том, что правительство намерено предложить парламенту рассмотреть возможность для Узбекистана получения статуса наблюдателя в ЕАЭС, и принятие данной Программы. Госпрограммы принимаются ежегодно, они имеют серьёзную историю и традиции в системе государственного управления страны.

Нынешняя программа никак не связана с вопросом получения статуса наблюдателя в ЕАЭС и не призвана синхронизировать какие-то процессы в экономике с экономикой других стран Евразийского союза, который является одним из интеграционных институтов. С таким же успехом сторонники вступления в ВТО могут говорить, что эта программа принята для того, чтобы облегчить вступление в ВТО.

Реализация мероприятий, предусмотренных в данной Госпрограмме, будет работать на то, чтобы приблизить нормы и стандарты не только и не столько к ЕАЭС, сколько в целом сформировать более развитую экономику, открытую для инвестиций и внедрения новых технологий.

Конечно, достижение этих целей предусматривает и активную работу с ЕАЭС, но я бы не делал на этом акцент. Потому что определенная унификация нашего законодательства и регулирующей системы, её соотнесение с зарубежными требованиями и стандартами – это  естественный процесс.

– Если продолжить тему РУз и ЕАЭС, то в этой Госпрограмме есть задачи по изучению перспектив вступления в Евразийский союз? И в целом, что Узбекистан будет делать после получения статуса наблюдателя в этой организации?

– В Узбекистане всегда изучались процессы, которые потенциально могут повлиять на экономику, в том числе плюсы от участия в различных интеграционных структурах. Поэтому нельзя привязывать изучение перспектив участия в ЕАЭС к этой Госпрограмме.

Лично я всегда выступал сторонником постепенного, поэтапного, пошагового вступления в ЕАЭС. И как мне представляется, этот процесс не должен быть поспешным и малопродуманным. Мне симпатичен тот подход, который сейчас реализует правительство Узбекистана по вступлению в ЕАЭС.

На первом этапе предусмотрено получение статуса страны – наблюдателя в этой организации. Думаю, что через какое-то время в ходе участия в тех или иных заседаний, рабочих групп и комитетов Узбекистан начнёт «узнавать» ЕАЭС изнутри, лучше понимать механизмы его функционирования. Это позволит Ташкенту наработать определённый опыт взаимодействия с Евразийским союзом и его структурами и механизмами, которые регулируют его деятельность.

Вторым этапом может стать формирование Зоны свободной торговли между Узбекистаном и ЕАЭС. Это тоже нормальный процесс, когда начнётся практическая работа по синхронизации регламентов, которые действуют в Узбекистане и странах - членах Евразийского союза.

Определённая синхронизация таможенного тарифного регулирования – это тоже очень важный процесс, и он тоже должен идти постепенно в рамках формирования ЗСТ.

И только в ходе заключительного этапа станет ясно, целесообразно ли Узбекистану участвовать в ЕАЭС в качестве полноценного члена. Однако до этого нужно пройти очень долгий и трудный путь со всеми проблемами синхронизации наших экономик. Здесь будет очень много вопросов, и их нужно решать не спеша, эволюционно и поэтапно.

Источник: Ритм Евразия