Пандемия коронавируса в мире идет на спад, но экономические трудности нарастают. В Центральной Азии ситуация особенно сложная — страны региона зависят от денежных переводов трудовых мигрантов, а многие из них сейчас лишились работы. Эксперты прогнозируют ухудшение не только экономической, но и социально-политической обстановки — голодные бунты, приграничные конфликты. «Известия» разбирались в ситуации.

Деньги вперед

Переводы мигрантов играют ключевую роль для стран Центральной Азии. Например, в 2019 году, работавшие в России таджикистанцы отправили домой $2,5 млрд, то есть обеспечили 35% ВВП страны. Уроженцы Киргизии переслали $2 млрд (30% ВВП). Узбекистанцы перевели рекордную сумму — $4,7 млрд (15% ВВП). Важно, что речь идет только о банковских переводах. Реально денег поступало еще больше, ведь часто их перевозят «в чемоданах», передают из рук в руки.

Пандемия коронавируса подкосила устоявшуюся экономическую модель. В России ввели жесткие карантинные меры. «Мигрантоемкие» отрасли — торговля, строительство, транспорт, сфера услуг — были поставлены на паузу. У приезжих работников возникли проблемы с трудоустройством и заработком, а значит, и домой они стали перечислять меньше.

Например, киргизские работники в апреле 2020 года перевели на родину $76,3 млн. Меньше средств во второй месяц весны они отправили только в 2009 году. Для сравнения в апреле 2019-го гастарбайтеры перевели $200,1 млн. Всего за первые четыре месяца года в Киргизию поступило $518,3 млн. Это худший показатель с 2016 года, в прошлом году мигранты переслали на 222 млн больше.

Нацбанк Таджикистана подробную статистику не публиковал, но о критической ситуации известно из письма-обращения президента Эмомали Рахмона в Международный валютный фонд (МВФ). В послании глава государства указал, что объем денежных переводов в марте и апреле сократился наполовину. «Спад, вероятно, продлится несколько месяцев, что приведет к резкому сокращению потребления и росту безработицы, а также давлению на валютном рынке», — отметил Рахмон.

В Узбекистане подробную статистику пока также не публиковали. Согласно неофициальным расчетам, в апреле 2020 года объем переводов сократился на 50%. Если в среднем в месяц узбекские гастарбайтеры пересылают домой $390 млн, то апреле они отправили меньше $200 млн.

Домашняя работа

Проблемы трудовых мигрантов оборачиваются не только дефицитом денежных переводов. Гастарбайтеры возвращаются на родину, а значит, увеличивается армия безработных. Например, в Узбекистан за время пандемии вернулись полмиллиона граждан, общее число безработных достигло 2 млн человек.

Республика, правда, всё равно способна пройти нынешний кризис лучше соседей. Во-первых, численность населения Узбекистана составляет 34 млн человек, а значит проблемы мигрантов не оказывают всеобъемлющего влияния на экономику. Во-вторых, Ташкент скопил определенные резервы. Правительство создало антикризисный фонд на $1 млрд. Деньги из него выделяют не только на борьбу с коронавирусом, но и на поддержку бизнеса, выплату социальных пособий. Создаются новые рабочие места — строятся дороги, медицинские учреждения, школы, системы водоснабжения и канализации.

Хуже ситуация в Киргизии. По неофициальным данным, в России работает миллион граждан страны — каждый шестой кыргызстанец. Некоторые из них вернулись на родину, другие потеряли работу внутри страны. В результате число безработных достигло 700 тыс. человек.

Правительство предлагает безработным трудиться за 5 тыс. сомов (5 тыс. рублей). И пытается решить накопившиеся проблемы за счет внешних займов. Киргизия стала первой страной мира, которой МВФ выделил антикоронавирусный кредит в размере $240 млн. Оппозиционеры, правда, говорят, что эти деньги увидели только банки и «непонятно какие предприниматели».

Еще хуже ситуация в Таджикистане. В России работает 1,2 млн таджикистанцев (половина мужчин трудоспособного возраста). Считается, что каждый из них содержит минимум трех родственников на родине. Целые семьи живут на деньги гастарбайтеров, альтернативных источников дохода нет. «Таджикистан — это огромный рынок, на который провозят продукты и продают местным жителям. В республике нет такого, чтобы что-то производили и продавали в другие страны. Да, конечно, экспортируют алюминий и хлопок, но этого недостаточно», — объясняет житель Душанбе Зулфикор Исмоилён.

Власти страны долго отказывались признавать опасность коронавируса. Теперь готовятся не просто к кризису, а к голоду. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон призвал граждан сделать двухгодичный запас продуктов питания. Аграриям рекомендовал сеять те культуры, которые дают три-четыре урожая в год, установить дополнительные теплицы, увеличить посевные площади сельскохозяйственных культур, особенно картофеля.

Война и погром

Директор международных проектов Института национальной стратегии Юрий Солозобов напоминает, что в конце года в Киргизии пройдут парламентские выборы, в Таджикистане выберут президента. «Я не исключаю акций протеста, бунтов, погромов. Идейными вдохновителями могут выступить исламисты, их идеи получили распространение в низших и средних слоях киргизского и таджикского обществ. Это единственная сила, которая предлагает альтернативную идеологию, альтернативную концепцию построения общества», — говорит эксперт.

Заведующий отделением Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин отмечает, что в условиях кризиса возрастает угроза приграничного конфликта. «Купить лояльность граждан, элитных групп становится сложнее. Что делать? Один из вариантов — отвлечь внимание, спровоцировав конфликт с соседями. Считаю, угроза столкновений в регионе в ближайшие месяцы возрастает. Мы это уже видим. За I квартал текущего года стычек и перестрелок на спорных участках таджико-киргизской границы произошло больше, чем за весь прошлый год», — подчеркивает политолог.

Источник: Известия