В начале февраля госсекретарь США Майк Помпео посетил Казахстан и Узбекистан, где провел встречу с главами МИД стран Центральной Азии. Чуть позже Вашингтон опубликовал новую Стратегию в регионе, основной упор в которой сделан на соперничество с Россией. Еще одним важным направлением работы стала поддержание стабильности и развитие Афганистана, в чем Нур-Султан и Ташкент могут сыграть определенную роль. О том, как США намерены использовать эту возможность и что изменилось в их центральноазиатской стратегии с принятием новой версии документа, в интервью «Евразия.Эксперт» экс-посол Афганистана в Казахстане и Кыргызстане и директор Центра исследований Афганистана в Германии (Франкфурт) Азиз Арианфар.

– Как вы оцениваете влияние США в Центральноазиатском регионе?

– Центральноазиатский регион очень важен как с точки зрения геополитики и геоэкономики, так и с точки зрения геостратегического расположения. Это арена соперничества между крупными мировыми и региональными державами. Если в прошлом здесь доминировал Советский Союз, то в настоящее время уже Китай играет определенную роль, в частности, в области геоэкономики.

С точки зрения геополитики и геостратегии Россия, конечно, до сих пор доминирует в регионе. Здесь существует структура ОДКБ. Россия имеет стратегический союз с Казахстаном и другими странами Центральной Азии, располагает некоторыми военными базами, формально являющимися не российскими, а военными базами ОДКБ.

Что касается политики США в регионе, то этот вопрос следует рассмотреть с нескольких точек зрения. После распада СССР американцы в основном действовали в регионе при помощи Турции, а тогда турецкая сторона имела тесные связи и с Нурсултаном Назарбаевым, и с Исламом Каримовым. Однако сейчас наблюдаются определенные изменения. В Казахстане к власти уже пришел Касым-Жомарт Токаев, в Узбекистане же после смерти Каримова страной стал управлять Шавкат Мирзиёев. Новый узбекистанский президент немного скорректировал внешнеполитический курс, объявив политику открытых дверей. Республика расширяет отношения с другими странами, в частности, с США.

Что касается политики администрации Трампа в отношении Центральной Азии, то я думаю, что американцы после Обамы немного ослабили свою деятельность. Это было связано с тем, что Белый Дом больше фокусировался на других важных международных вопросах – это проблемы Арктики, Ирана, Афганистана, Ирака и Йемена, развитие отношений с Саудовской Аравией. Мы наблюдали определенное ослабление политической активности в этом регионе, но сейчас администрация Трампа разработала новую стратегию в отношении стран Центральной Азии на 2019−2025 гг. Ее публикацию анонсировал госсекретарь США Майк Помпео в ходе недавнего визита в Узбекистан и Казахстан.

– Что представляет собой новая стратегия США по Центральной Азии?

– США намерены увеличить свое дипломатическое присутствие в регионе, продолжить сотрудничество со странами Центральной Азии в области [противодействия] терроризму и экстремизму, а это подразумевает под собой совместную работу служб безопасности и правоохранительных органов. Кроме того, в стратегии выражена готовность США оказать содействие реформам в сфере верховенства права и соблюдения прав человека, инвестициям в регион, а также отмечена необходимость развития более тесных взаимоотношений пяти стран ЦА с Афганистаном в таких сферах, как торговля, энергетика, культура, экономика, и безопасность.

Сейчас для Вашингтона приоритетом являются Ташкент и Нур-Султан, потому что другие страны Центральной Азии – Таджикистан и Кыргызстан –не представляют первостепенного интереса для США. Что касается Туркменистана, то эта страна обладает огромными месторождениями газа, который продает Китаю, и особого интереса для США тоже пока не представляет.

– По вашему мнению, чем была обусловлена необходимость разработки этой новой стратегии?

– Одной из причин является тот факт, что в прошлом американцы действовали в регионе Центральной Азии в основном при помощи Турции. В связи с тем, что в последнее время отношения между Турцией и США осложнились, особенно после покупки систем С‑400 и сближения Москвы и Анкары, американцы предпочитают контактировать со странами Центральной Азии напрямую.

Следует добавить, что для Азербайджана сейчас также появится уникальная возможность заменить Турцию и играть роль посредника между западными странами и странами Центральной Азии.

В настоящее время ни через Иран, ни через Турцию американцы не могут воздействовать на ситуацию в Центральной Азии и на Кавказе. Следовательно, они наверняка ищут другие варианты.

Именно Баку может играть роль посредника, хотя есть и другие альтернативы, например ОАЭ, Катар и даже Саудовская Аравия. Не исключаются также и Южная Корея и Япония.

Вторая причина – Китай. Американцев на данный момент беспокоит его беспрецедентное присутствие в регионе. Китайцы за последние десятилетия успели вложить в экономику стран Центральной Азии огромные средства и американцы в этом отношении им уступают.

– В ходе своего турне из стран Центральной Азии госсекретарь Майк Помпео посетил только Казахстан и Узбекистан. Стоит ждать улучшений в двусторонних отношениях США с этими странами?

– Тут следует учитывать, что внешняя политика стран Центральной Азии в основном многовекторная, как и декларировалось раньше. Казахстан и Узбекистан стремятся к тому, чтобы сохранить некое равновесие между Россией и Китаем, Европой и США. Это очень верная, рациональная и правильная политика.

С другой стороны, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что экономика стран Центральной Азии находится не на самом хорошем уровне. Здесь имеются определенные проблемы, поэтому эти страны заинтересованы в возобновления и активизации экономических отношений с Вашингтоном.

В какой форме эти отношений будить развиваться, пока еще сказать сложно. Мне кажется, что та формула, которая действовала раньше, когда американцы и европейцы действовали с помощью Турции, уже не будет применяться и станет недействительной. Существуют два варианта: либо американцы будут напрямую делать капиталовложения, чтобы вступить в конкуренцию с китайцами, либо будут делать это через третью страну, которая пока неизвестна.

– В новой стратегии США по Центральной Азии отмечается необходимость более тесного взаимодействия Афганистана и всех пяти стран региона. Почему для американцев это так важно?

– Весь вопрос в том, что американцы не в состоянии в одиночку урегулировать афганский кризис. Переговоры с талибами периодически продолжаются, но до сих пор нет конкретного результата. Арабские страны, Саудовская Аравия, ОАЭ и Катар также имеют определенное влияние на Талибан*. Свою роль в этом деле также играет Пакистан. Тем не менее, между американцами и пакистанцами весьма непростые отношения, поэтому они хотят иметь запасной коридор, так называемый «северный маршрут». Ясно, что Казахстан здесь тоже может играть определенную роль.

Узбекистан и Казахстан имеют тесные связи с «Национальным исламским движением Афганистана» во главе с генералом Дустумом. Американцы хотят воспользоваться здесь влиянием Ташкента и Нурсултана. Как вы знаете, они выразили свою готовность участвовать в афганском урегулировании, но конкретных результатов все еще нет. Узбекистан и Казахстан, разумеется, ждут определенных экономических дивидендов, каких-то ассигнований, капиталовложений со стороны американцев в обмен на посреднические услуги.

Источник: «Евразия.Эксперт»