15 декабря состоялись переговоры лидеров Китая и России Си Цзиньпина и Владимира Путина. Незадолго до этого они провели встречи с президентом США, итоги которых, по сообщению пресс-службы Кремля, вошли в повестку полуторачасового саммита. По его итогам председатель КНР поддержал инициативу Москвы о гарантиях безопасности для России со стороны США и НАТО. В свою очередь, с российской стороны была высказана озабоченность по поводу активности США в Азиатско-Тихоокеанском регионе. К чему ведет Китай и Россию противостояние американскому давлению, в интервью «Евразия.Эксперт» спрогнозировал старший научный сотрудник Китайского центра глобализации, основатель China Cities Bluebook Consulting Эйнар Танген.

– Президент России Владимир Путин и председатель КНР Си Цзиньпин провели видеовстречу. «В январе-ноябре этого года товарооборот увеличился на 31%, до $123 млрд. Уже побиты рекордные показатели допандемийного 2019 г. В недалекой перспективе, как и договаривались, преодолеем рубеж в $200 млрд», – сказал Путин. Какие факторы сыграли определяющую роль в росте товарооборота двух стран?

– Растущее политическое, экономическое и военное давление со стороны США сблизило Москву и Пекин. Обе стороны сталкиваются с аналогичными сценариями Вашингтона. Поскольку Россия продолжает выступать против расширения НАТО в страны бывшего СССР, Вашингтон и пресса развитых стран изображают ее как агрессивного экспансиониста. Пекин выступает против двуличных, на его взгляд, попыток Вашингтона поощрять независимость Тайваня через использование «дипломатии канонерок» и легковерных СМИ развитых стран, несмотря на публичную приверженность политике Единого Китая.

Обе страны видят, что США становятся все более агрессивными, выстраивая против них старые и новые союзы. Демократический саммит Байдена стал еще одним примером стремления его администрации изолировать Россию и Китай, которое вместо этого сближает эти соседние державы. Недавние сигналы из Германии по поводу отказа от трубопровода «Северный поток – 2» могут переориентировать обширный энергетический сектор России в Сибири на Пекин. Это привело бы к долгосрочной экономической реструктуризации, которую было бы трудно обратить вспять.

– За счет чего можно нарастить товарооборот до $200 млрд, на Ваш взгляд?

– Учитывая прогресс в последние два года, несмотря на COVID-19, $200 млрд товарооборота будет достигнуто к 2024 г. Если предположить, что Москва увеличит экспорт энергоносителей в Китай, объемы торговли будут продолжать расти. Торговля сельскохозяйственной продукцией застопорилась из-за пандемии, но возобновится, как только китайские сельскохозяйственные работники снова смогут работать в Сибири.

Более тесные связи между двумя странами помогут как Евразийскому экономическому союзу, так и инициативе «Один пояс, один путь», поскольку она открывает стабильные торговые пути из Европы в Азию, способствуя дальнейшему экономическому развитию и торговле.

– В последние годы сфера китайско-российского энергетического сотрудничества постоянно расширяется. Какие задачи и цели ставит Китай в этой области?

– Российско-китайское энергетическое сотрудничество расширяется, поскольку США и ЕС занимают «моральные» позиции против них обоих. Китай способен стать источником инвестиций, необходимых для развития российской энергетической отрасли. Рынок Китая представляет собой надежное наземное решение для российских экспортеров газа и нефти.

– Глава КНР поблагодарил российского президента за противостояние попыткам вбить клин между Москвой и Пекином. Сегодня американцы создают новые военно-политические союзы – AUKUS и другие. Как Китай и Россия должны реагировать на это? Какие вызовы могут исходить от этих союзов для наших стран?

– Колониальная «дипломатия канонерок» не нова и, похоже, является предпочтительной стратегией Вашингтона. Китаю и России необходимо воздерживаться от зеркальных ответов на действия США. Во-первых, потому, что это позволяет США контролировать направление нарратива, во-вторых, единственная настоящая месть – это жить хорошо. Устойчивое внутреннее развитие, которое приносит пользу жителям соответствующих стран, в конечном счете заглушит пустую торговую риторику Вашингтона, которая навязывает «пушки вместо масла».

Проблема, с которой сталкиваются обе страны, – доверие. Растущее экономическое присутствие Китая привело его в традиционные сферы влияния России. Ключом к постоянному сотрудничеству являются взаимовыгодные сделки и инициативы, которые вовлекают существующие структуры, такими как Евразийский экономический союз, инициатива «Пояс и путь», Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Всеобъемлющее региональное экономическое партнёрство и так далее, а не работают против них.

– Госсекретарь Энтони Блинкен заявил, что США видят угрозу катастрофы в конфликте с Китаем. Что может стать спусковым крючком в таком конфликте? Разделяет ли Вашингтон чувство ответственности за предотвращение подобного сценария?

– США идут к войне, не замечая этого. Их попытки укрепить свою гегемонию перед лицом все более многополярного мира вызывают опасную ностальгию, которая ускорила начало Первой и Второй мировых войн.

В планах Байдена отсутствуют реалистичные стратегические цели или средства. Стратегия двойного сдерживания против России и Китая нереалистична и создаст серьезную конкурентную угрозу стремлению США сохранить свою роль «короля горы».

– Китай резко раскритиковал Вашингтон за дипломатический бойкот зимней Олимпиады в Пекине и пообещал, что он заплатит за это. Как Китай накажет США, по Вашему мнению?

– На данный момент это остается неясным. Пекин определит свою реакцию, основываясь на масштабах бойкота. Китай должен выбирать свои сражения и держаться подальше от инстинктивных реакций, которые отдают США контроль за нарративом.

Источник: «Евразия.Эксперт»