Ожидающаяся весной активизация сил сопротивления в Афганистане вряд ли получит открытую публичную поддержку со стороны администрации президента Джозефа Байдена. Как заявили «НГ» в пресс-службе Госдепартамента, в фокусе внимания США находятся прежде всего вопросы, связанные со способностью потенциального правительства в Кабуле взаимодействовать с международным сообществом.

Энтузиазма по поводу возможного наступления вооруженной оппозиции не демонстрируют и российские официальные лица. Однако это не значит, что оно может не получить поддержки извне.

Внимание США сконцентрировано преимущественно на том, как новые власти Афганистана выполняют свои обязательства, заявил «НГ» официальный представитель Госдепартамента.

Так он ответил на вопрос, как в Вашингтоне оценивают планы местных сил сопротивления начать в весенние месяцы полномасштабное наступление на позиции движения «Талибан» (запрещено в России) в ряде провинций. «Мы будем продолжать привлекать талибов для продвижения наших интересов в Афганистане, – заметил собеседник «НГ». – Соединенным Штатам и международному сообществу нужно, чтобы талибы ответили на несколько важных вопросов и предприняли соответствующие действия, которые бы позволили им заслужить легитимность и авторитет».

В Госдепартаменте заявили, что знакомы с сообщениями о призывах создать афганское «правительство в изгнании» или сформировать собственные, оппозиционные структуры исполнительной власти. Однако администрация Байдена, сделал оговорку источник «НГ», еще не давала повода говорить о том, что она готова признать «такую организацию, как правительство Афганистана». «Соединенные Штаты проводят давнюю политику, хотя и с несколькими исключениями, на протяжении многих лет, чтобы избежать официальных заявлений о признании в случаях смены правительств. Наша политика не изменилась», – подчеркнул представитель пресс-службы дипломатического ведомства.

Главная повстанческая сила, Фронт национального сопротивления (ФНС), который возглавляет Ахмад Масуд-младший, уже выразила готовность развернуть наступление против талибов по окончании зимы. Боевые действия в Афганистане традиционно возобновляются в весенний сезон. Глава отдела внешних связей ФНС Али Майсам Назари обращал в этой связи внимание на то, что новая власть в Кабуле «слаба и неуправляема» из-за внутренних противоречий. «Война не закончилась, а перешла в новую фазу, – отмечал он. – В Афганистане не будет мира до тех пор, пока не будет создана децентрализованная политическая система, гарантирующая социальную справедливость, демократию, свободу и права всех граждан».

Перспектива антиталибских операций не вызывает энтузиазма у российских дипломатов. «Такая вероятность, к сожалению, существует», – заявил в разговоре с ТАСС спецпредставитель президента России по Афганистану, директор Второго департамента Азии МИД Замир Кабулов, отвечая на вопрос о возможности превращения разрозненных протестов на межэтнической почве в масштабное сопротивление в Афганистане по окончании зимы. «Правительству движения талибов и международному сообществу важно сейчас, в текущий момент, предпринять максимум усилий, прежде всего – по стабилизации социально-экономического положения внутри страны», – заметил российский спецпредставитель.

Как заявил «НГ» профессор НИУ ВШЭ, главный научный сотрудник МГИМО Андрей Казанцев, западные страны могут быть до определенной степени заинтересованы в антиталибском наступлении, однако два игрока, которым это точно выгодно, – это Таджикистан и Индия.

У Душанбе очень глубокий конфликт с новыми властями в Кабуле, заметил эксперт. Одна из его причин заключается в том, что в состав «Талибана» входят таджикские террористические группировки. Кроме того, Душанбе волнует положение, в котором при смене власти в Афганистане оказались местные таджики. «Политика пуштунского национализма и угнетения национальных меньшинств, которую проводят талибы, вызывает возмущение у населения в Таджикистане, – пояснил эксперт. – Эти группы таджиков исторически связаны, и очень много таджиков были беженцами в свое время в Афганистане во время гражданской войны. Их там принимали».

В свою очередь, у Индии важнейший стратегический интерес к Афганистану – это не дать Пакистану оказывать серьезное влияние на эту страну, заявил Казанцев. «Сейчас есть как минимум четыре антиталибские повстанческих группировки, – напомнил аналитик. – Из них три таджикских и одна узбекская. Самая известная из них – это, конечно, панджшерская группировка. Все они выступают с достаточно радикальных антипакистанских позиций. Все они обвиняют «Талибан» в связях с Пакистаном. Для Индии в рамках ее давнего стратегического конфликта с Пакистаном это важный аргумент в пользу поддержки этих групп».

Отдельный вопрос – это Иран, который имеет с Афганистаном общую границу. «Иранская пресса и ряд иранских политиков достаточно жестко высказывались по действиям «Талибана» и Пакистана. Но Иран будет себя несколько осторожнее вести, нежели Таджикистан или Индия, потому что он опасается дестабилизации в Афганистане», – обратил внимание Казанцев. По его словам, Исламская Республика сейчас отталкивается от необходимости поиска точек соприкосновения. «Для Ирана афгано-пакистанская проблема – второстепенная по сравнению с проблемами с Западом и с арабами», – полагает эксперт.

«Многие страны Запада придерживаются сильных антиталибских взглядов, – заявил Казанцев. – Я прежде всего упомяну Францию. Недаром президент Таджикистана Эмомали Рахмон, который выступает с наиболее антиталибских позиций в регионе, встречался с Эмманюэлем Макроном и нашел с ним определенное понимание. Другой вопрос, что страны Запада не готовы лезть в ситуацию напрямую после вывода американских войск и провала мобилизации западного сообщества для решения афганской проблемы. Поэтому есть игроки, которым это в той или иной степени было бы интересно, но я пока не вижу серьезного потенциала международной поддержки для таджиков». Пока что судьба Афганистана остается в руках его граждан, подытожил эксперт.

Игорь Субботин

"Независимая Газета"