После выхода США из Договора о ракетах средней и малой дальности Вашингтон начал переговоры о размещении новых видов ракет в Азии. На этом фоне особую важность приобретает решение России помочь Китаю в создании уникальной системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН).  Изменение баланса ракетных сил в Азиатско-тихоокеанском регионе, риски новой гонки вооружений в Азии и возможность оформления полноформатного военного союза Китая и России в интервью «Евразия.Эксперт» проанализировал старший научный сотрудник Центра комплексных европейских международных исследований факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Василий Кашин.

– Василий Борисович, 3 октября в ходе Заседания дискуссионного клуба «Валдай» президент России Владимир Путин сообщил, что Москва помогает Пекину в разработке системы предупреждения о ракетном нападении. По словам президента, это «кардинальным образом повысит обороноспособность КНР». Что подразумевает данная система и на решение каких задач нацелена?

– Это система, которая регистрирует пуски межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок в направлении вашей территории и дает вам несколько дополнительных десятков минут, чтобы принять решение либо о применении своего ядерного оружия, либо об эвакуации руководства страны, либо о связи с другой страной, чтобы выяснить, что происходит. Это стратегически важный элемент ядерных сил и стратегической инфраструктуры для любой страны. До настоящего времени такие системы были только у США и России, но Китай на протяжении определенного периода тоже пытается их строить.

– По данным российских СМИ, в настоящее время Россия и Китай имеют контракт на сумму $60 млн на разработку программного обеспечения для системы предупреждения о ракетном нападении. Какие еще направления военно-технического сотрудничества стороны могут запустить?

– Мы не знаем, был ли этот контракт на $60 млн единственным, касающимся совершенствования китайской системы предупреждения о ракетном нападении.

Там вполне могли быть контракты, которые не афишировались, о которых мы не знаем, и об их содержании приходится только догадываться.

Это могут быть и договоры о консультационной помощи, и о поставке отдельных узлов агрегатов, и о проектировании подсистемы в интересах китайской стороны. Но на данный момент конкретных данных у нас нет.

– По словам Путина, в настоящее время подобной системой предупреждения о ракетном нападении располагают только Россия и США. Как предоставление подобной системы Китаю изменит расклады в сфере безопасности в Азиатско-тихоокеанском регионе?

– США и Россия – это единственные страны, имеющие законченные, полноценные системы предупреждения о ракетном нападении. Китай пытался самостоятельно построить эту систему. Первая попытка была предпринята им в 80-е годы, когда в стране было построено две станции, но Пекин забросил эту идею в связи с нехваткой финансирования. Вторая попытка была уже в текущем десятилетии, в первой половине 2010-х годов. На сегодняшний день Китай имеет около 3-х станций, но это неполная система и Пекин недоволен ее характеристиками.

Надо понимать, что Россия дает Китаю не нечто, чего у него нет совсем, а осуществляет помощь в развитии собственной системы предупреждения о ракетном нападении в стране.

Если она будет построена, то резко повысится выживаемость китайских стратегических ядерных сил, возрастет вероятность того, что китайские межконтинентальные баллистические ракеты, количество которых пока ограничено, смогут пережить первый удар и нанести ответный по противнику, то есть по США.

– После выхода из Договора о ракетах средней и малой дальности США выступили за заключение нового соглашения с участием Китая. Какой реакции Вашингтона следует ожидать на отказ Пекина от участия в соглашении и сближение в ракетной сфере с Россией?

– Америка с самого начала знала о китайской позиции, о том, что Пекин никогда не согласится пойти на данное сотрудничество. Связано это с тем, что Китай из всех официальных ядерных держав имеет достаточно большой потенциал в строительстве ракетно-стратегических комплексов. Поэтому заключать соглашение, которое свяжет их по рукам и ногам, закрепив их подчиненное, второстепенное положение, они не будут. Американцы понимали это с самого начала и все их инициативы были связаны с тем, чтобы получить китайский отказ, переложив политическую ответственность за разыгрывающуюся в Азии гонку стратегических вооружений на Китай. Именно эту партию вполне успешно они и разыгрывают.

– Наряду с разработкой новой системы предупреждения Россия и Китай активно наращивают военное сотрудничество, регулярно проводят крупные учения. Насколько реалистично оформление полноценного военно-политического союза Китая и России?

– Вспомним визит Си Цзиньпина в Россию в июне этого года. В совместную декларацию Владимира Путина и Си Цзиньпина по итогам этого визита специально добавили пункт, в котором говорится, что страны не собираются строить отношения в рамках военного союза. Не просто не говорили о возможности заключения союза, а специально подчеркнули, что нет планов создавать такой союз.

На данный момент обе страны исключают для себя подписание классического союзного договора, в котором содержались бы военные обязательства.

Но это не означает, что страны не могут взаимодействовать в военной сфере, поскольку такие возможности отчасти предусматриваются российско-китайским договором от 2001 г.

По этому договору, если одна из сторон сталкивается с угрозой агрессии, то страны могут начать консультации с целью устранения угрозы. Таким образом, договора о союзе, напоминающем атлантическую хартию или американо-японский договор, в обозримом будущем не будет. Одновременно с этим мы видим, что создается база для совместных военных действий.

Источник: «Евразия.Эксперт»