Эстрадная певица Ситора НАЗАРОВА стала солисткой в новой программе скрипача Марата БИСЕНГАЛИЕВА, где исполнялись произведения знаменитого композитора Карла ДЖЕНКИНСА, написанные им на основе казахского фольклора специально для этого проекта. Классическая музыка стала для певицы лекарством-антидепрессантом и помогла выкарабкаться из очень сложного жизненного периода.

- У меня жизнь - как американские горки: то я на самом верху, то внизу, - улыбается Ситора. - Перед началом работы над этим проектом я находилась в глубочайшей депрессии. У меня внутри было пусто, я просто не могла петь. Я только что восстановилась после двух тяжелейших аварий. В этот момент и пришло предложение прослушаться у Марата. Этот замечательный музыкант сумел услышать во мне то, что я сама в себе не подозревала.

- Петь мешали душевные переживания?

- Не только. Мне запретили это делать врачи. После сильного сотрясения мозга и частичной потери памяти я просто теряла сознание, когда находилась на сцене, окруженная громким звуком. Мне не то что петь - громко разговаривать не рекомендовали. Но запреты на меня действуют наоборот. Так и в этом случае: я записалась на уроки вокала к Татьяне Любимцевой, чтобы решить свою проблему, и не подозревала, что эта подготовка поможет мне справиться с проектом Бисенгалиева.

- Почему выбрали именно вас? Классики ведь всегда с пренебрежением относятся к попсе.

- Марат, по крайней мере, не показал этого. Да и моя первая реакция была примерно такая: “Это просто невозможно”. Когда я принесла партитуру моему педагогу, она тоже схватилась за голову. Я ей сказала: “Давайте начнем учить, пока я не поняла, насколько это трудно”. Но отказаться не могла, потому что шанс поработать с таким составом и под руководством такой глыбы, как Марат, предоставляется раз в жизни. Кстати, на кастинг кроме меня приходило огромное количество безупречных в техническом плане и классических, и джазовых певиц.

- А вы любите классическую музыку?

- На самом деле, выросла на ней. Я родилась в интеллигентной семье - мой дедушка в Таджикистане был министром культуры, потом послом, так что к нам в дом кроме королей и дипломатов приезжали музыканты, певцы, актеры.

- Как вы с братом оказались в Алматы?

- Причиной всему война. Почему-то стали преследовать людей культуры: актеров, певцов, режиссеров. А мы к тому же относились еще и к аристократии. Это страшное прошлое, которое мне просто не хочется вспоминать, скажу только, что мы вылетели в Москву последним самолетом, после которого закрылся аэропорт, прервалась даже телефонная связь с Душанбе. Это был 1993 год, Парвизу не было еще 19, я была еще младше. Мы очень быстро нашли работу, но Парвиза вскоре пригласили в Алматы, поскольку его знали по выступлениям на конкурсе “Голос Азии”.

- Все рвутся в Москву, почему вы не использовали шанс остаться там?

- Честно говоря, в этом городе есть одна проблема - почти любая работа предполагает интим-услуги, особенно в сфере шоу-бизнеса (если, конечно, у тебя нет папы-неф­тяника). А здесь, по крайней мере, есть выбор.

- Вас не коробит, что слово “таджик” на просторах СНГ ассоциируется с дворником или попрошайкой?

- Это странно, ведь, по официальной статистике, в России больше всего гастарбайтеров из Узбекистана, на втором месте Киргизия и только на третьем Таджикистан. Даже к нашим с Парвизом клипам в Интернете порой люди оставляют комментарии, что, мол, вам надо улицы в Москве подметать, а не петь. Конечно, это неприятно. Как неприятно и то, что на перекрестках попрошайничают не таджики, а другие люди, которые пользуются жалостливой легендой про войну в Таджикистане: “Мы бежаль, нас убиваль, дом горель, сестру насиловали…”. А когда просишь их что-то сказать на таджикском, все сразу становится ясно. Конечно, каждый зарабатывает как может, но вот из-за этого таджики ассоциируются с попрошайками, что меня коробит.

- Ну вам-то улицы подметать не пришлось…

- Когда мы убежали из Таджикистана, я была достаточно известным ребенком: у меня был опыт работы в театре, сертификаты по восточным единоборствам, я вела детские передачи на ТВ, танцевала… В Алматы я прекрасно помню время, когда работала на четырех работах. С утра продавала на перекрестке газеты, затем учила детишек в школе ушу, готовила дочку знакомых к поступлению в хореографическое училище и пела в двух ресторанах. Заработанные деньги посылала домой, родне, которая очень нуждалась в нашей поддержке.

- Работали вы в команде с Парвизом?

- Конечно, брат в полной мере ощущал ответственность за меня. По моей просьбе он поручил мне ставить хореографические номера и все время зорко наблюдал, кто со мной разговаривает, кто ко мне подходит. Он же настоящий горячий парень, только кажется с виду таким спокойным.

- Под таким пристальным вниманием вам удалось устроить личную жизнь?

- В браке я прожила пять с половиной лет, потом мужа убили. Это был довольно известный криминальный авторитет - Рыжий Алмаз. Я долгое время предпочитала не упоминать, что была его женой, опасалась привлечь внимание его врагов. Но мне в жизни выпало столько испытаний, что, наверное, уже не стоит чего-то бояться.

- А как вы познакомились?

- Он имел отношение к ресторану, в котором я работала. Там услышал мое выступление и в течение долгого времени пытался поговорить со мной, но я три месяца придумывала разные отговорки. Наверное, его задело, что какая-то певичка в его ресторане не прыгает от счастья, что он обратил на нее внимание. В итоге я привела его домой, познакомила с Парвизом. Брат отпускал меня на свидания и следил, чтобы я вовремя возвращалась домой. Я мужу непросто далась, наверное, он поэтому меня так берег и ценил.

- А не попытались с его помощью оплатить сольную карьеру?

- Думаю, он ценил, что я не тянула из него деньги. Он сам захотел устроить мне карьеру, но не в Казахстане, а в России. К нам уже прилетал Айзеншпис, заказывали песни Резнику, но тут как раз и произошла трагедия. Сольную карьеру я начала только через несколько лет и начала с песни, посвященной памяти мужа.

- Еще раз не пытались выйти замуж?

- Был такой момент, но там семья хотела видеть снохой представительницу коренной национальности. А мужчина не смог отстоять свое мнение, что и разрушило наши отношения. Когда он спохватился, то было уже поздно, спасать было нечего.

- В вашей жизни немало тяжелых моментов… Часто женщины в таких ситуациях идут по знахарям, экстрасенсам. У вас был такой период?

- Я доверяю астрологии. Все драматические моменты происходили со мной, когда я находилась под негативным влиянием планет. Но по крайней мере, две последние аварии, наверное, были важны мне для того, чтобы что-то понять, сделать паузу. Ведь наступил момент, когда я с головой ушла в той-бизнес, в зарабатывание денег. Это давалось очень легко. Ты приходишь, отбабахиваешь свою халтуру и получаешь раз в двадцать больше, чем музыканты, исполняющие классическую музыку. Хотя они пашут, теперь я понимаю, как мулы.

- Нет ли у вас желания вернуться на родину?

- С гордостью могу сказать, что принадлежу двум странам. В Таджикистане я родилась, туда езжу подпитываться энергией своих корней. Но большую часть жизни прожила в Казахстане, в Алматы, здесь я выросла, здесь встретила первую любовь, так что этот город и страну считаю родными и не планирую отсюда уезжать.

Выступление Ситоры и Парвиза Назаровых в эфире "Первого канала" России:

http://www.youtube.com/watch?v=ROBFhsEyWA4

Ксения Евдокименко,
"Время"

Источник: Озодагон