После окончания Второй мировой войны в Европе США, лидер атлантического альянса и архитектор победы, в качестве бесспорного главы западного мира, решили перестроить глобальную экономико-политическую систему, при этом по части международной политики мы познакомились с Организацией Объединенных Наций (ООН) и НАТО, с точки зрения мировой экономики и финансов – с Бреттон-Вудской системой, а вместе с ней с МВФ и Всемирным банком, а в плане торговли – с Генеральным соглашением по тарифам и торговле (ГАТТ). В 1996 году ГАТТ превратилось во Всемирную торговую организацию (ВТО). А Организация европейского экономического сотрудничества (ОЕЭС), созданная для осуществления Плана Маршалла по восстановлению Европы с 1948-го по 1960-й год, в 1961 году стала Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Суть Бреттон-Вудской системы заключалась в том, чтобы сделать доллар универсальной валютой, а также самой уважаемой международной резервной валютой для мировых центральных банков.

Благодаря этому доля доллара в резервах центральных банков мира, которая после Великой депрессии 1929 года составляла менее 20%, в начале 1970-х годов достигла 85%. Ведущие экономики, полагаясь на Бреттон-Вудскую систему и конвертируемость доллара в золото, сократили золотые резервы в своих центральных банках до минимума. В последующие десять лет, на фоне фиаско во Вьетнаме, нефтяных кризисов 1973-1979 годов, а также периода, который можно назвать «гиперинфляцией» с точки зрения американской экономики и «обвалом покупательной способности» населения США, доля доллара в резервах центральных банков мира уменьшилась сначала до 67% в 1978 году, затем до 58% в 1981 году и, наконец, с заключением экономиками G7 соглашения «Плаза» (The Plaza Accord) до 45% в 1992 году. Теперь мировые центробанки вновь начали накапливать в качестве резервов золото.

Вместе с тем холодная война закончилась, и Советский Союз, враг США номер один, распался. Российская Федерация продавала большие объемы золотых резервов, чтобы поддерживать свою экономику на плаву, при этом США в новом однополярном мире вновь переживали период усиления в глобальной экономике и политике, и к началу 2000-х годов, когда в обращение была введена новая европейская единая валюта – евро, США удалось вновь увеличить долю доллара в резервах центральных банков до 72%. Вслед за этим Вторая война в Персидском заливе, неумолимо растущий дефицит федерального бюджета США и часто достигающая потолка долговая спираль вкупе с мировым финансовым кризисом 2008 года на этот раз серьезно пошатнули трон «долларовой империи». Поэтому за последние семь-восемь лет мы стали свидетелями того, как доля доллара в резервах снизилась до 58%.

Вдобавок к этому набравшее обороты при президенте Трампе и продолжившееся при правлении Байдена стремление американской администрации использовать свою валюту в качестве оружия поставило под угрозу репутацию доллара и его восприятие в качестве резервной валюты. Ведь основной принцип «Бреттон-Вудса», соглашения «Плаза» и «Вашингтонского консенсуса», которые исчерпали себя, но на их остатках до сих пор держится международная финансовая система, заключался в достижении согласия относительно того, что США никогда не будут использовать свою валюту в качестве оружия, санкционного инструмента, механизма угроз. При двух своих последних президентах США нарушили и даже разрушили этот принцип и этот консенсус.

В этой связи большинство растущих развивающихся экономик обсуждают и внедряют новые механизмы, своп-соглашения, желая вместо доллара использовать национальные валюты в двусторонней и многосторонней торговле.