Расширяющееся сотрудничество Душанбе и Пекина на фоне возрастания военно-политических амбиций Поднебесной ставит Таджикистан в ряд стран, через которых возможно будут реализованы эти амбиции. По крайней мере подобный вывод можно сделать из опубликованного 1 сентября ежегодного отчета Пентагона в адрес Конгресса США, в котором говорится о растущем военном потенциале Пекина.

Таджикистан наряду с Мьянмой, Таиландом, Сингапуром, Индонезией, Пакистаном, Шри-Ланкой, Объединенными Арабскими Эмиратами, Кенией, Сейшельскими островами, Танзанией и Анголой указана в числе стран, которых Китай, вероятно, рассматривается в качестве мест для размещения своих военно-логистических объектов.

Целью Пекина американские эксперты считают стремление стать более влиятельной мировой державой за счет расширения базовой инфраструктуры армии и флота за рубежом. Одновременно указывается на конкуренцию с Соединёнными Штатами.

В докладе также утверждается, что Пекин в ближайшие 10 лет планирует вдвое увеличить свои запасы ядерных боеголовок.

Однако в министерстве иностранных дел Китая эти предположения отвергли, назвав выводы Пентагона предвзятыми.

Амриё Бобоев, замглавы Департамента информации и печати МИД Таджикистана в короткой телефонной беседе с Радио Озоди отметил, что Таджикистан не ведет с Китаем никаких переговоров относительно открытия военных объектов и информация в отчете не соответствует действительности.

Эксперты: Не исключено, что у КНР будет военная база в Таджикистане

Эксперты с учетом развития таджикско-китайских отношений, полагают, что подобный сценарий исключать нельзя. Доктор политических наук и эксперт по странам Центральной Азии Андрей Казанцев, отмечает, что масштаб военно-политического сотрудничества между Душанбе и Пекином уже сейчас достаточно велик. «Таджикистан - одно из важных направлений активизации военно-политического сотрудничества, и логика, насколько я понимаю, связана с тем, что Китай опасается того, что в случае резкой дестабилизации в Афганистане, это может перекинуться на соседний Таджикистан и далее на другие страны Центральной Азии. Особенно на китайский Синьцзян. Естественно, Китай примет все усилия для того, чтобы этого не произошло и если потребуется открыть военную базу, он откроет»,- полагает эксперт.

В настоящее время официальный Душанбе взаимодействует с Пекином как в двустороннем формате, так и в рамках ШОС и антитеррористической коалиции Китай-Таджикистан-Пакистан-Афганистан.

«Больше чем партнер»

Кроме того, Китай является одним из главных инвесторов в экономику Таджикистана. Уровень внешнеторгового оборота между двумя государствами превышает 1,5 млрд долларов. Основная часть внешнего долга Таджикистана приходится также на Китай и, по состоянию на июнь 2020 года, его объем составляет 1 млрд 133,4 млн долларов. Китай также входит в тройку основных экономических партнеров Таджикистана, а с 2013 года имеет статус стратегического партнера.

Независимый политолог Парвиз Муллоджанов отмечает, что учитывая растущую задолженность перед Китаем, Душанбе может согласиться на предложение Пекина об открытии военного объекта.

Как отреагирует Москва?

«Россия традиционно относится крайне негативно к планам создания иностранных баз на территории постсоветского пространства. В то же время, Путин, на фоне углубляющейся конфронтации с Западом, старается не портить отношения с КНР. Поэтому, Москва предпочитает в последние годы не замечать расширяющегося присутствия КНР в регионе - не только в области экономики, но и безопасности и военного сотрудничества. Фактически, КНР постепенно вытесняет Россию из региона. С этой точки зрения, все возможно», - отмечает Муллоджанов.

В настоящий момент в Таджикистане базируется 201-я российская военная база с около 7 тысячами военнослужащих.

По словам эксперта Андрея Казанцева, Москва однозначна выступала против баз НАТО на территории стран Центральной Азии и поддержала в свое время правительство Узбекистана и Кыргызстана, когда они выступали за вывод баз со своих территорий. «Относительно китайских баз - вопрос сложный. Но достаточно очевидно, что Россия более спокойно относится к военно-политическому сотрудничеству стран Центральной Азии с Китаем, нежели со странами НАТО», - полагает эксперт.

Неофициальное присутствие?

О наличии китайского военного объекта на территории Восточного Памира в феврале прошлого года сообщала газета Washington Post со ссылкой на местных жителей и спутниковые снимки. Издание тогда писало, что в нескольких километрах от границы с Китаем уже три года находится секретная военная база КНР. В XIX веке в этом районе был передовой казачий пост Российской империи, но местные жители в беседе с американским журналистом утверждали, что сегодня в районе дислоцированы несколько сотен китайских военных.

Однако Ёдгор Файзов, председатель ГБАО опроверг данную информацию. На границе с ГБАО на территории самой КНР расположен лишь пограничный пост, заявил в то время глава региона.

На афганской территории в высокогорном Ваханском коридоре, который граничит с Таджикистаном, Китаем и Пакистаном, с 2012 года действует китайская Народная вооруженная полиция.

Летом 2018 года Китай приступил к строительству первой военно-тренировочной базы в афганской провинции Бадахшан, граничащей с Китаем, Пакистаном и Таджикистаном, – в рамках сотрудничества с Кабулом в борьбе с терроризмом. Об этом сообщила газета South China Morning Post со ссылкой на свои источники. Правда, в Кабуле не подтвердили эту информацию.

Последствия сотрудничества

Эксперты полагают, что тесное военно-политическое сотрудничество Таджикистана с Китаем может негативно отразиться на многовекторной внешней политике республики.

«Надо сказать, что Таджикистан попадет в некоторые сложные геополитические коллизии. Достаточно очевидно, например, что Душанбе четко окажется на одной стороне китайско-индийского противостояния, в то время как руководство Таджикистана, наверное, хотело бы сотрудничать и с Индией. Кроме того, сейчас растет напряжение между Пекином и Вашингтоном и тут Душанбе может оказаться в достаточно непростой ситуации. Его руководство хотело бы поддерживать более многовекторную политику», - отмечает Казанцев.

Китаист и эксперт по странам Центральной Азии Темур Умаров говорит, что намерения Китая открыть базу в одной из перечисленных стран было известно и до опубликования отчета Пентагоном. «Можно ожидать, что этот отчет будет очередным аргументом, чтобы например, установить свои ракеты средней и малой дальности в Азии (об этом уже сообщалось), и дальше давить на Пекин и добиваться от него подписания договора об ограничении вооружений».

Для Душанбе и других столиц Центральной Азии, которые ориентированы в первую очередь на Пекин и Москву, по его словам, мало что может измениться.

В прошлом Китай неоднократно инвестировал в сферу безопасности Таджикистана. В частности, в 2016 году за 19 млн долларов Китай построил в Душанбе Дом офицеров. В целях укрепления таджикско-афганской границы за счет Китая были построены четыре пограничных поста и один учебный центр. В ноябре 2019 года при финансовой поддержке Китая в Душанбе построен Центр борьбы против терроризма, экстремизма и сепаратизма.

В 2016 и 2019 году китайские и таджикские военные приняли участие в совместных военных учениях на территории ГБАО.

Источник: Радио Озоди