Осенью этого года в Таджикистане состоятся президентские выборы. Их точная дата пока неизвестна, так же как и имена кандидатов. Самый очевидный из них – действующий президент Эмомали Рахмон – пока не заявлял о желании переизбраться на очередной семилетний срок, хотя ни у кого нет сомнений, что именно он станет кандидатом от правящей партии.

А пока в республике продолжается длящаяся уже около года кампания, направленная против критиков властей Таджикистана, для устранения любых препятствий, способных помешать нынешнему президенту переизбраться. Но, думаю, что это беспокойство за своё долгосрочное выживание у Рахмона и его окружения более связано со страхом, что внешние игроки, такие, например, как Россия, разочарованы лидером РТ и начинают, якобы, подумывать о какой-то замене.

Впрочем, насколько я знаю, и со стороны Запада в Душанбе не исключают неких «сюрпризов» под будущие выборы. В частности фигура экс-министра промышленности РТ Зайда Саидова, арестованного 19 мая, спустя месяц после объявления о создании партии "Новый Таджикистан", смотрится именно как «прозападная» гораздо значительнее, чем как «пророссийская». И этому есть много подтверждений, известных и в Душанбе и в Бишкеке и в Алма-Ате.

Через шесть дней после ареста Саидова оппозиционные политики, правозащитники и медиа-активисты создали группу "Коалиция за демократию и гражданское общество", которая, в свою очередь, создала комитет в поддержку Саидова. В состав «Коалиции» вошли представители политических партий (включая Социал-демократическую партию – СДПТ и Партию исламского возрождения – ПИВТ), инициативные группы по созданию партий «Новый Таджикистан» и «Вахдат», журналисты и общественные активисты. Участникам «Коалиции» сразу же стали угрожать, таскать на «беседы» в ГКНБ и т.д.

Представители других оппозиционных партий уже не первый месяц твердят о том, что власть упорно вытесняет их на обочину политического процесса. И больше всего достается «исламистам» - именно они имеют и растущее влияние в обществе, и свой альтернативный «семейно-рахмоновскому» проект переустройства экономики и общественной жизни Таджикистана.

Председатель ПИВТ, Мухиддин Кабири, ещё в октябре 2012 года отметил в ходе лекции, прочитанной в американском университетеДжорджа Вашингтона, что давление на членов его партии неуклонно растёт. Он также повторил эту мысль на апрельской встрече с послом США в РТ, Сюзан Элиот, а в доказательство рассказал о факте недавнего нападения на зампредседателя ПИВТ Махмадали Хаита. Вполне возможно, что именно в связи с продолжающимся много месяцев давлением Кабири пока также не выдвигается в качестве кандидата на пост президента.

Арест Саидова последовал за официальными мерами против Умарали Кувватова, который был вынужден уехать в Россию после того, как его бизнес был захвачен родней президента. В прошлом году Кувватов создал "Группу 24", которая публично заявляла о коррупции в правительстве. В декабре 2012 г. по требованию таджикских властей его задержали в г. Дубай по обвинению в противозаконном бизнесе.

В отличие от Саидова, Кувватов говорил о своей заинтересованности в участии в президентских выборах в этом году. Его поддержала группа оппонентов правительства за рубежом, и он искал поддержку среди многих таджикских избирателей, работающих в России. Кувватов неоднократно заявлял, что работал с людьми, близкими к окружению президента, и угрожал опубликовать компрометирующую информацию.

Правительство РТ также пыталось добиться экстрадиции некогда влиятельного Абдумалика Абдуллоджанова, который в 1992-1993 годах был премьером. Попытка провалилась, поскольку Украина, куда он прибыл из США, решила отпустить его.

Власти боялись не того, что Абдуллоджанов вернется в Таджикистан, а того, что он может оказать поддержку такому кандидату, как Кувватов или Саидов.

И самое главное, они боятся, что внешние силы, а именно Москва и/или Запад, начали подыскивать кандидата на замену «неэффективному Рахмону».

Ни Абдуллоджанов, ни Кувватов, ни Саидов сегодня сами по себе не являются крупными политическим лидерами и не располагают большой поддержкой внутри страны. В то же время, существует мнение, что за их спиной стоят серьёзные внешние игроки, располагающие как финансовыми, так и организационными возможностями.

Андрей Грозин, заведующий Отделом Средней Азии и Казахстана Института СНГ

Источник: ИА REX