В Польше никто не обратил внимания на последние сообщения из Казахстана, а между тем там произошли переломные изменения.

Сначала в прошлом году президент Нурсултан Назарбаев принял решение о переводе казахской письменности с кириллицы на латиницу, а в начале этого года он решил, что на заседаниях парламента в Астане можно будет пользоваться только казахским языком. До сих пор депутатам разрешалось выступать там также на русском. Огромное, можно сказать, цивилизационное значение, имеет в особенности первый шаг: это отход от русскоязычной культурной сферы и разворот в сторону Запада.

Это плохая новость для Кремля, ведь самое большое государство Средней Азии решило покинуть московскую сферу влияния. Однако россияне лишь традиционно сыплют угрозами, но не предпринимают никаких действий, чтобы остановить начавшийся процесс. Они слишком заняты другими событиями, которые поглощают все их внимание, а поэтому не могут более решительно ответить на шаги Астаны.

Для многих российских комментаторов решение Казахстана стало полной неожиданностью. До сих пор руководство этой страны вело себя в отношении России очень осторожно и даже пассивно. Это было связано с историческим опытом казахского народа. В сталинские времена большевики уничтожили и без того немногочисленные казахские элиты, а в 1940 году СССР перевел казахский язык на кириллицу. Долгие годы советская власть в рамках программы по подчинению огромных безлюдных казахских территорий переселяла туда русских. В результате масштабной колонизации доля коренного населения в Казахстане стала самой низкой среди всех советских республик.

По данным переписи 1959 года, казахи составляли всего 30% населения Казахской Советской Социалистической Республики. Потом ситуация начала постепенно меняться, в частности, благодаря тому, что казахи («мусульмане-атеисты») заводили больше детей, чем русские («православные атеисты»). Несмотря на это в 1989 году, накануне распада СССР, представителей казахского народа было в республике всего 39,7%.

Казахи обрели независимость, но остались меньшинством в своей собственной стране. Доминирующее положение во многих регионах (особенно на севере) занимало русское или русскоязычное население, в чем я смог убедится лично, пару раз путешествуя по Казахстану. В связи с этим Назарбаев не мог последовать примеру других постсоветских республик и заменить коммунистическую идеологию национальной идеей: такой шаг встретился бы с сопротивлением внутри страны и ответными действиями России.

Казахстан много лет подряд оставался настолько лояльным в отношении Москвы, что та даже не видела необходимости в создании там «российской партии». Впрочем, какой в этом был смысл, ведь с 1991 года русский стал в этой стране вторым государственным языком. В итоге сейчас в казахском парламенте нет даже сильной пророссийской группировки, хотя русские остаются в Казахстане заметным национальным меньшинством (25%).

Одновременно Назарбаев проводил постепенную, но последовательную политику казахизации, которая включала в себя, в частности, строительство новой столицы Астаны, находящейся вдали от русскоязычных центров (Алма-Аты и Караганды). Перепись, проведенная в 2009 году, показала, что казахи составляют уже 63,1% от населения страны.

Возможно, Назарбаев не стал спешить со своим решением, если бы не нападение России на Украину. Россияне одержали успех только в Донбассе и в Крыму, то есть в практически полностью русскоязычных регионах. Там, где существовала языковая альтернатива и культурный барьер, им пришлось остановиться. Украинские события показали, что собственный язык — основа безопасности страны. Для Польши это чисто теоретическая проблема, поэтому мы не уделяем ей внимания, однако, в Казахстане ситуация выглядит иначе. Оказалось, что язык может сыграть ключевую роль в сохранении территориальной целостности государства, поэтому пришло время принять решение.

Назарбаев выбрал удачный момент: у находящейся под санкциями России, которая занята конфликтом с Западом, а также вооруженными конфликтами в Сирии и на Украине, нет сейчас сил, чтобы ввязываться в новый спор. Так что проводить революционные изменения казахам ничего не мешает. Долгосрочные эффекты этих реформ будут видны через какое-то время, но уже сейчас понятно, что России ничего хорошего они не принесут.

Гжегож Гурны

Источник: "INOсми" (wPolityce, Польша)