Современный мир переживает период повышенной нестабильности: от продолжающихся конфликтов на Ближнем Востоке до геополитического противостояния глобальных держав. Такие события, как эскалация конфликта между Ираном и Израилем, ощутимы и для Таджикистана, расположенного в стратегически важной Центральной Азии, поскольку несут за собой как прямые, так и косвенные угрозы – от рисков роста радикализации до давления на экономику. Какие вызовы стоят перед Душанбе в условиях сложного переплетения интересов России, Китая, Ирана и Запада? Разбираемся с экспертом по Центральной Азии Фаридуном Усмоновым.

Суть конфликта

Военно-политическое противостояние Ирана и Израиля длится уже не одно десятилетие, но в июне 2025 года достигло своей критической точки. С возвращением Дональда Трампа в Белый дом в 2025 году Вашингтон начал попытки договориться с Ираном о новом варианте ядерного соглашения, но компромисс так и не был достигнут.

13 июня 2025 года Израиль инициировал масштабную военную операцию "Нация львов", нанеся серию ударов по стратегическим объектам на территории Ирана – поводом для атаки стала информация о том, что Иран готовится к созданию ядерных бомб. В ответ на израильские удары Иран выпустил сотни ракет по городам Израиля. США, как ключевой союзник Израиля, уже через 12 часов с воздуха нанесли удары по трем ядерным объектам Ирана – Фордо, Натанз, Исфахан. Утром 24 июня Израиль и Иран при помощи США и Катара договорились о прекращении огня, положив конец 12-дневной войне.

По мнению эксперта Фаридуна Усмонова, продолжающееся противостояние Ирана и Израиля – это не просто локальный спор, а элемент стратегии, ведущей к системному ослаблению Ближнего Востока. 

«Очевидно, что произошедшее является продолжением событий, начавшихся в 2011 году – в период «арабской весны» и неудачных попыток западных государств, включая Израиль, дестабилизировать регион путем свержения правительств, в том числе в Сирии, - считает эксперт. – Та неудавшаяся попытка свержения правительства Башара Асада привела к затяжной дестабилизации Ближнего Востока. Мы наблюдали, как западные страны, входящие в блок НАТО, создали долговременный очаг нестабильности. Прошло уже более 15 лет, но до сих пор сохраняется нестабильность – и в Ливии, и в Ираке, и в ряде других арабских государств, в том числе в Тунисе.

Соответственно, начатая Израилем война против Ирана является продолжением сценария по окончательной дестабилизации Ближнего Востока. Несомненно, вслед за дестабилизацией Ирана может быть подорвана стабильность и Турецкой Республики. Таким образом, будет завершен большой план по полному ослаблению региона с целью вывести его из глобальной экономической и политической конкуренции».

Отголоски для Таджикистана

При этом эксперт не сомневается, что дестабилизация Ближнего Востока отразится и на других странах азиатского континента, в том числе на Центральной Азии. «Иран играет ключевую роль в логистике для стран региона и в вопросе выхода на мировые рынки, – объясняет Фаридун Усмонов. – Для Таджикистана Иран также является надежным маршрутом для осуществления международной торговли: не раз иранская сторона предлагала Таджикистану воспользоваться своими портами почти безвозмездно – для транзита нашей продукции на мировые рынки. Естественно, дестабилизация ситуации в Иране может создать дополнительные сложности для Таджикистана в плане экспорта товаров.

Мы наблюдаем в последние годы значительные шаги в направлении улучшения отношений и сближения наших стран. Растет взаимная торговля: например, в прошлом, 2024 году, объем внешней торговли между Таджикистаном и Ираном повысился на 48% и составил 378 млн. долларов».

Стоит отметить, что и в первом квартале 2025 года динамика сохранилась - увеличение на 42,9% до 110,6 млн. долларов. Однако текущий кризис ставит под вопрос достижение запланированного показателя в 0,5 млрд. долларов к концу года.

Таджикистан и Иран в последние годы активно развивали сотрудничество в энергетике, транспорте и инвестициях. В начале 2025 года во время визита президента Ирана в Душанбе было подписано 23 соглашения на сумму более 450 млн. долларов. Однако эскалация на Ближнем Востоке ставит под угрозу эти планы. Особую озабоченность вызывает судьба крупных инфраструктурных проектов, как строительство железной дороги «Иран-Афганистан-Таджикистан», совместные гидроэнергетические проекты, а также планы по созданию зоны свободной торговли «Центральная Азия – Иран» - в последнее время Иран активно развивал отношения со странами Центральной Азии в рамках своей стратегии «Взгляд на Восток», охватывающей сотрудничество в разных сферах.

Кроме того, санкционное давление на Иран и возможные удары по его инфраструктуре могут парализовать ключевые транспортные коридоры, включая Международный транспортный коридор (МТК) «Север–Юг», который связывает Центральную Азию с иранскими портами Бендер-Аббас и Чабахар.

Эксперт Фаридун Усмонов отмечает, что несмотря на различные этапы взаимодействия, в Таджикистане сохраняется особое отношение к Ирану. «Иран занимает особое место в культурно-политической среде Таджикистана. Для Таджикистана он является одной из самых близких стран – исторически, культурно, и, конечно же, с точки зрения языковой общности. Эта культурная общность имеет глубокие корни.

Одним из важных моментов является тот факт, что Иран был первой страной, которая признала независимость Таджикистана – это достаточно показательно. Также Иран был одной из первых стран, которые начали активно инвестировать в Таджикистан, он помогал нам в инфраструктурных проектах и энергетических проектах. Поэтому традиционно Иран является нашим важным партнером.

Мы наблюдаем, что в последние годы отношения серьезно улучшились: был введен безвизовый режим, выросло количество прямых перелетов между Душанбе и Тегераном. В результате, значительно увеличилось число туристов из Ирана, посещающих Таджикистан, а граждане нашей страны начали посещать Шираз, Исфахан, Мешхед, Тегеран и другие важные исторические города Ирана.

12-дневная война, которую Израиль начал без причины и без повода, конечно же, была осуждена правительством Таджикистана и, вместе с тем, в таджикском обществе действия Израиля вызвали большое негодование».

Глобальные игроки

Фаридун Усмонов также отмечает, что Иран является важным звеном в глобальной международной политике: «Иран играет значимую роль в региональной экономике и политике – в частности, в Центральной Азии. Мы наблюдаем, что в последнее время взаимодействие таких стран, как Китай, Иран, Турция, Россия, Индия со странами Центральной Азии положительно отражается на развитии региона в целом. Каждая из этих стран играет значимую роль в становлении и укреплении экономик государств Центральной Азии. Поэтому, когда какая-либо из них выпадает из процесса взаимодействия, это, безусловно, ощущается.

Но, вместе с тем, надо понимать, что Иран важен и для Российской Федерации, и для Китайской Народной Республики – для стран, реализующих глобальные проекты. В случае Китая – это проект «Один пояс – один путь». В случае России – это транспортный проект «Север-Юг». И для всех этих проектов важна роль Ирана как транзитного и логистического центра.

Мы наблюдаем, что в последние годы активно растет взаимодействие между Российской Федерацией и Ираном. Россия оказывает поддержку Ирану в развитии железнодорожной инфраструктуры, чтобы обеспечить стабильный транзит и выход к открытым морям через территорию Ирана.

Когда развиваются крупные логистические проекты, вопросы безопасности становятся особенно актуальными. Осознавая эту важность, в последние годы Российская Федерация заявляет о стремлении быть гарантом безопасности этих путей. Мы наблюдаем активные контакты на высшем уровне между руководствами России и Ирана, направленные на обеспечение безопасности логистических маршрутов. Сегодня транзит через Иран и дальнейший выход в Оманский залив и к открытым морям является ключевым проектом – как для России, так и для стран Центральной Азии, и для Китая».

Безусловно, военное давление в регионе повышает риски дестабилизации – в таких условиях российское военное присутствие в Таджикистане приобретает особое значение. 201-я российская военная база, расположенная в Душанбе и Бохтаре, представляет собой наиболее боеспособное воинское соединение в регионе. Ее численность превышает 10 тысяч военнослужащих, на вооружении находятся современные системы ПВО, бронетехника и артиллерия. Особую роль играет участие Таджикистана в структурах ОДКБ. В республике дислоцированы Коллективные силы быстрого развертывания (10 батальонов) и Коллективные силы оперативного реагирования (22 тысячи военнослужащих).

«Очевидно, что Российская Федерация, которая уже сейчас является гарантом безопасности стран Центральной Азии, может стать гарантом безопасности и для Ирана, - отмечает эксперт Фаридун Усмонов. – Ведь обеспечение безопасности Ирана означает и безопасность торговли для многих стран региона, включая саму Россию.

Сегодня, когда мы наблюдаем большую конкуренцию за контроль над логистическими маршрутами, становится особенно заметна важность их безопасности. В этом контексте 12-дневная война между Израилем и Ираном еще раз отчетливо показала, что вопросам безопасности в регионе необходимо уделять особое внимание. Странам региона необходимо развивать взаимодействие, чтобы сделать наш регион безопасным, конкурентоспособным и привлекательным для инвестиций. Тогда в регионе будет расти экономика, увеличится число инвесторов, компаний и проектов, и все это станет возможным благодаря взаимному доверию и стабильности», - заключает эксперт. 

Матлубаи КОДИРЗОД

Dialog.TJ