На узбекско-киргизской и таджикско-киргизской границе переодически возникают сложности. На вопросы корреспондента газеты «Жаны агым» отвечает председатель Государственной пограничной службы Киргизии, полковник Курманакун Матенов.

- Курманакун мырза, вы полностью объехали южный регион. Что увидели, какие вопросы беспокоят сердце?

- Приступая к должности, первым делом я решил совершить поездки по местам и увидеть малые и большие проблемы своими глазами. Как всем известно, в 2013 году на границе произошёл ряд конфликтов. Я в них также разбирался. Что скрывать, на нашей границе есть обстоятельства, способствующие конфликтам. Все нужно хорошо исследовать. Необходимо усилить срочные меры по их предотвращению.

Конечно, проблемы есть. Открыто говоря, наши границы, начиная с 1991 по 2000 гг., никто не охранял. Я говорю про наши границы (кроме границы с Китаем) с Узбекистаном, Таджикистаном и Казахстаном. Причинами этого, во-первых, являлось отсутствие специального государственного органа в то время. Судьба государственной границы Кыргызстана была в руках только местной власти, которая решала вопросы сообразно ситуации.

Если понаблюдаете, то большинство нынешних проблем увеличилось с тех пор. Граждане соседних республик брали наши земли в аренду, даже освоили их. Много фактов, когда они покупали дома и земельные доли наших граждан, так как приграничные районы соседних республик густонаселённые и там острая нехватка земли.

Так что вызывающих головную боль вопросов достаточно. Но для их решения предусмотрены соответствующие международные договоры. Когда 21 декабря 1991 года СССР окончательно распался, то в Алматы была подписана Алматинская декларация. Ее подписали все президенты бывших союзных республик за исключением прибалтийских государств. В декларации прописана норма, по которой все подписавшие документ государства признают целостность территорий республик. Поэтому в Конституции нашей страны написано, что "настоящие границы Кыргызской Республики целостны и нерушимы". Так что для полной охраны государственной границы есть все нормативно-правовые договоры, но административная линия 1991 года осталась прежней, и для нас охрана отдельных участков границы представляет трудности, так как много территорий, которые освоили и на которых расположились наши соседи. Так что этот вопрос не может быть решён только силами Государственной пограничной службы.

Нужно в ближайшее время совместными усилиями поставить точку в спорах с соседями. Для этого я вместе с представителями местной власти объездил все спорные участки границы и приграничные села на юге страны. В союзное время говорили, что границу совместно с пограничниками охраняет народ. Поэтому мы договорились с представителями местной власти уточнить каждый вопрос и работать плечом к плечу. Мы сказали им, чтобы они тоже внесли свой вклад в обеспечение стабильности на границе.

Кроме этого, необходимо повышать профессиональный уровень пограничников, в первую очередь усилить дисциплину. Серьёзные беспокойства вызывает то, что коррупция не обошла стороной границы. Мы предпримем действия, чтобы обрубить корень коррупции на границе. Мы начнём вводить в службу чистых, честных людей. Руководство обязано отобрать таких юношей и девушек среди населения и привлечь их к службе на границе.

- Значит, ситуация на юге действительно опасная?

- Сегодня процессы делимитации и демаркации границ с Узбекистаном и Таджикистаном проходят трудно. Причины я перечислил выше. В настоящее время никто не хочет сдавать своих позиций, поэтому решение пограничных вопросов затягивается. Пока полностью не завершится делимитация и демаркация, конфликты на границе не прекратятся. Вопрос должны решать оба государства, поэтому решение вопроса требует много времени.

- После объезда границы с какой работы вы решили начать?

- Мы решили в ближайшее время с офицерами центрального аппарата, ответственными сотрудниками правительства по вопросам делимитации и демаркации поехать во все районы и вместе с руководителями районов провести однодневную правовую работу. Мы дали большое напоминание губернаторам. В настоящее время готовим необходимые документы. Мы вручим в руки каждому главе айыльного округа, каждому главе села информацию о декларации, Конституции, других законах и нормах.

Иногда отдельные руководители местной власти излишне вмешиваются в пограничную политику, говоря, что нужно делать. Мы обменялись мнениями и по этому вопросу, и думаю, что поняли друг друга. Кроме этого, есть и ряд других проблем. Например, слабовата наша материально-техническая база. Кроме этого, стоит вопрос условий жизни пограничников.

При возвращении я встретился с премьер-министр Жанторо Сатыбалдиевым. Я поставил ребром многие вопросы, и он поддержал меня. Глава правительства сразу пригласил министра финансов, дав возможность решить на месте ряд вопросов. Если скоро наша материально-техническая база улучшится, то насколько расширятся наши оперативно-тактические возможности.

Не стоит скрывать, что у нас большой внутренний потенциал. Если глубоко проанализировать, то управленческий аппарат несколько раздут. Мы поставили цель провести оптимизацию аппарата, объединить дублирующие структуры и направить освобождённых сотрудников на дальние границы.

Таким образом, впереди планов много, нужно только время. Я предлагаю новые идеи коллегам, обсуждаю с заместителями. Решили купить качественные велосипеды. Чем проходить пешком тысячи километров, лучше проехать их на велосипеде. Может это начинание кому-то не понравится, но в развитых государствах это применяется. Раз у пограничников не хватает горючего, лучше дать им велосипеды, не обрекая их на то, чтобы они бегали туда-сюда пешком.

Кроме этого, планируем купить лошадей. До зимы есть 2,5 месяца. Нужно за это время улучшить условия жизни для пограничников, обновить столовые и бани.

- Что вы можете сказать про последние события на кыргызско-узбекской границе? -  Узбекская власть вела собственное расследование расстрела узбекским пограничником кыргызского гражданина в Кадамжае. Какие результаты?

- Чтобы получить точный ответ, вам лучше обратиться в Военную прокуратуру. По последнему событию, конечно, распространяется разная информация. У Узбекистана своя версия, мы представили свою. Наши позиции по этому факту не совпадают. Я лично разговаривал с глазу на глаз с этими двумя джигитами, они рассказали мне все, как есть. Какую информацию мы представили, такую дали эти джигиты. Не скажу, что их действия были незаконными, так как конфликт начали узбекские пограничники. Действия наших пограничников были ответом на действия и применение оружия с их стороны. Первыми стреляли пограничники соседнего государства. Этого можно было избежать, но наши пограничники вынуждены были защищаться для собственной безопасности. Поэтому я не могу назвать их действия незаконными. Есть специальные положения, предусматривающие применение оружия в тех или иных ситуациях. Их действия законны.

- Отдельные СМИ много пишут о том, что Курманакун Матенов попал в плен к боевикам 5 августа 1999 года в местности Зардалы. Не было ли у вас в руках тогда секретных государственных документов, как пишут СМИ?

- Это все специально распространяемая информация. 5 августа 1999 года мы полетели в Зардалы на специальном вертолёте. На встречу с народом полетели аким Баткена, министр нацбезопасности, заведующий районным отделом и ещё один офицер Министерства обороны и я. Рядом с Зардалы есть маленькое село Коргон, мы прибыли туда и нас на нашей земле захватили в заложники. По нашей информации, вооружённая группа находилась в 15-20 км в горах. У меня на руках не было никаких документов. Подумайте сами, какие секретные документы у меня могли быть в горах. Во-вторых, если бы я действительно потерял секретные документы или совершил какое-либо другое нарушение, то разве меня бы поставили во второй раз руководить Пограничной службой? Руководство государства  знает точную информацию.

- Почему в 2010 году вы лишились должности?

- Когда я назначался, то Пограничная служба было отдельным органом. Через три месяца его ликвидировали и влили с ГКНБ. Я выступал против такого решения. Во-вторых, на новое место я не пошёл бы принципиально. Чтобы крепко стоять на ногах, Пограничная служба должна быть отдельной структурой. Так объединяя или реорганизовывая, пять раз экспериментировали с данной службой. Только недавно поняли, что это должен быть отдельный орган.

- Расскажите о себе подробнее. Где учились, работали?

- В 1987 году я закончил учебу в Ташкенской высшее школе по подготовке  военного командного состава. После до 1992 года служил в России. После развала Союза меня позвали служить в Нацгвардию Кыргызстана. Там я был первым командиром роты. В России я также три года был командиром роты. В 1997 году с отличием окончил Военную академию имени Фрунзе в Москве. Затем работал начальником штаба Ошской бригады Министерства обороны, заместителем руководителя Главного оперативного управления, главой военной разведки, примерно три года был командиром Кой-Ташской бригады.

В 2003 году, когда пограничная служба была сформирована как отдельная структура, я был начальником Управления по физической и воспитательной работе Пограничной службы. Проработал 6,5 лет. В 2010 году с отличием закончил академию главного штаба ВС Турции.

Источник: газета «Жаны агым»