Заслышав на фешенебельной Крымской набережной Москвы таджикскую речь, вполне простительно решить, что это трудовой мигрант вышел на перерыв с одной из многочисленных в этом районе строек.

Но стоит прислушаться повнимательнее, и понимаешь: это русскоговорящий житель, практикующийся в новом для него языке.

Этим летом в расположенном по соседству государственном парке искусств «Музеон» всем желающим предлагаются бесплатные языковые курсы. По словам организаторов, они открыли Школу языков мигрантов в целях развития культурных связей между работающими в России миллионами трудовых мигрантов, главным образом из Центральной Азии, и российским населением, которое зачастую бывает враждебно настроено по отношению к гастарбайтерам.

Школа предлагает обучиться одному из четырех языков — таджикскому, узбекскому, казахскому и молдавскому. Обучение проводится силами преподавателей языковых кафедр различных московских вузов, для которых язык преподавания является родным.

Занятия проходят в одном из павильонов парка, по одному языку в день, четыре дня в неделю. Преподаватели выкладывают на сайте отсканированные учебно-дидактические материалы, которые слушатели курсов перед занятием могут скачать на свои планшеты или распечатать.

«Наша цель состоит в том, чтобы люди могли узнать о других национальностях и познакомиться с их культурой, научиться основам, побывать в их странах и говорить на их родном языке. Все это для того, чтобы создать понимание между народами, не только языковое, но и человеческое», – рассказала EurasiaNet.org директор Школы языков мигрантов Вероника Сергеева.

Сегодня она полагает, что в школе надо было бы преподавать кыргызский язык вместо казахского – в Москве гораздо больше кыргызских рабочих, чем казахских, – однако в ходе неформального опроса перед введением занятий организаторы выявили наличие большего интереса к казахскому языку.

В один из недавних теплых и солнечных пятничных вечеров в павильоне шли занятия по таджикскому языку. Аудитория была переполнена, не было ни одного свободного места. Уроки таджикского языка пользуются наибольшей популярностью, отмечает Вероника Сергеева.

Каждую неделю приходит по 45-55 человек. Хотя «Музеон» закрыл регистрацию на занятия уже в начале мая, люди продолжают приходить и просят пустить их.

Вероника Сергеева, по ее словам, не возражает, она не может выгнать людей вон. Она подозревает, что россияне проявляют такой интерес к таджикскому языку потому, что это «самый экзотический язык» из всех предложенных, да и количество таджиков в Москве довольно ощутимое.

У слушательницы курсов Антонины Челомбеевой, учительницы русского языка из Москвы, к таджикскому языку (родственному персидскому) профессиональный интерес: некоторые из ее учеников являются выходцами из Таджикистана.

«Это язык Омара Хайма, я люблю его поэзию. И я просто люблю учиться. Я хочу узнать что-то новое. К тому же это не просто языковые курсы, преподаватель много рассказывает о таджикской культуре», – сказала Антонина Челомбеева EurasiaNet.org.

«Таджикская культура потрясающая, – отмечает 25-летняя Катя, посещающая курсы таджикского языка вместе с подругой, тоже по имени Катя. – Мы почти ничего не знаем о культуре наших соседей. Мы [россияне] предубеждены по отношению к таджикам, а ведь это древний народ с великой историей и культурным наследием».

Москвич Алексей Лапошин двадцати с небольшим лет надеется выучить основные фразы, чтобы можно было разговаривать с таджикскими рабочими в Москве, «чтобы они почувствовали себя больше как дома».

Вскоре после половины восьмого вечера в аудиторию входит 64-летний Навруз Гулзода, разразившись целым рядом теплых таджикских приветствий, как будто неожиданно встретил на улице Душанбе старого друга. «Ассалому алейкум! Шумо чихел? Нагзи хуби? (Здравствуйте! Как дела? Как здоровье?) – спросил он, раскрыв объятия и высоко подняв густые брови.

«Хубам» (Хорошо), – ответили некоторые ученики.

Почти 40 лет Навруз Гулзода преподавал в Таджикском национальном университете – вплоть до 2012 года, когда получил предложение перейти в Московский государственный лингвистический университет.

Он рад, что таджикский язык пользуется наибольшей популярностью в школе «Музеона», но классом численностью в 50 человек трудно управлять, признается он.

«Учиться в таких условиях на самом деле невозможно. У нас только одно занятие в неделю. Однако тот, кто действительно хочет учиться, может приобрести некоторые знания. Я пытаюсь что-то им дать», – сказал Навруз Гулзода EurasiaNet.org.

Узбекский язык не столь популярен. Занятия ведутся во вторник вечером, приходит на них по 10-15 человек. Один из них – 24-летний Максим, пишущий в Российском государственном гуманитарном университете диссертацию по узбекско-российским и узбекско-американским отношениям.

Молодой человек понимает, что не овладеет языком на трехмесячных курсах, но надеется, что сможет читать узбекские тексты со словарем.

Любимцем преподавателей является Марианн Борисович – 73-летний пенсионер, посещающий занятия по всем четырем языкам и никогда не пропускающий уроков. На вопрос «Зачем?» он ответил просто: «Учиться никогда не поздно». По словам слушателя, из всех четырех языков ему больше всего нравится узбекский с его округлыми гласными.

Занятия заканчиваются в конце июля. Слушателям, выдержавшим выпускной экзамен, «Музеон» выдаст сертификаты.

По словам руководителя школы Вероники Сергеевой, ее вдохновила популярность летних языковых курсов, и следующим летом они планируют организовать новые занятия. «Множество людей хотят изучать языки бывших советских республик – армянский, грузинский, украинский, языки стран Балтии. Мы были удивлены количеством желающих», – отмечает она.

Эрадж Нидоев.

Источник: ИА "Озодагон"