Кишлаки в высокогорье Муминабадского района на юге Таджикистана были всегда; правда, в 40-е годы жителей отсюда перевезли в долину – выращивать хлопок.

Все ушли, но память у людей осталась. Поэтому, как только появилась возможность, дети тех, кого переселили отсюда, быстро вернулись на землю предков. И живут здесь до сих пор. Без электричества, которого в кишлаках никогда не было, без школ и больниц и почти без дороги, потому что шесть месяцев в году ее невозможно преодолеть.

О том, как они справляются, узнавала «Открытая Азия онлайн» вместе со своими партнерами из медиа-группы «Азия Плюс». 

Дорогой тот путь, по которому мы ехали в эти кишлаки, сложно вообще назвать. Это узкая полоса с полуметровым слоем пыли, под которым не видно ни ухабов, ни рытвин, так что наш внедорожник постоянно со скрипом царапался «пузом» об острые невидимые камни.

- Не поеду я дальше, там нет дороги, вы издеваетесь! Я не буду так рисковать! - страдал наш водитель с многолетним опытом работы дальнобойщика.

- Ака, да нормальная дорога, просто светофоров нет, - успокаивал его наш гид из местных жителей.

Пока мы ползли вверх по горам, пейзажа вокруг вообще не было видно, потому что по обеим сторонам дороги - высоченные деревья и кустарники, и ветки, усыпанные дикими яблоками или грушами, то и дело бились о лобовое стекло и царапали бока машины. Через часа полтора (от областного центра Муминабада) мы все-таки поднялись на самый верх и отсюда увидели уже всю панораму - высокие горы, заросшие непроходимым лесом, и едва заметные крыши домов среди деревьев. Это кишлак Сафедбанд. Население – 15 семей; учитывая то, что в каждой семье по 6-7 человек, всего здесь 90-100 жителей. Сколько точно – местные и не знают. 

Зато они отлично знают историю этих мест, говорят, что люди жили здесь испокон веков, но в 40-е годы их отсюда переселили тогда в Колхозобад, сейчас это Восейский район, чтобы развивать хлопководство. Люди собрались и уехали в долину, работали на непривычных пустырях, мучились от палящего солнца и из поколения в поколение передавали рассказы о том, в каком раю жили когда-то.

- Тут хорошо. Знаете, какая земля? Палку воткни, и она зацветет! Фруктов – море, орехов – тоже, не мы сажали, все Аллах сделал, но мы собираем, этим и живем, - рассказывают местные жители. 

Как только представилась возможность, а было это на закате существования СССР, дети тех, кого когда-то переселили из этих мест, снова вернулись на землю предков. Сначала приехали 10 мужчин, принялись искать родники и строить рядом с ними свои дома, затем привезли своих жен и детей. Теперь здесь три кишлака – Гульзор, Хошкир и Сафедбанд. Ни один из них никогда не видел электричества, больниц и школ, но люди, которые сюда переехали, ни о чем не жалеют. 

101 КИШЛАК КУЛЯБСКОГО РЕГИОНА НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ «СВЕТА»

Попав в Сафедбанд, мы сразу начали пытать местных жителей вопросом - ну как вообще можно жить без электричества в XXI веке? На что они совершенно спокойно объясняли, что не видят разницы между жизнью в кишлаке, куда провели «свет», но который сидит большую часть года на лимите, и своими краями, где электричества вообще нет, и люди рассчитывают только на свои силы.

- Ну как, как? Аккумуляторы, лампы керосиновые, сейчас у некоторых соседей появились солнечные батареи, - рассказывали нам сафедбандцы.

- А зимой?
- Зимой – дрова, их здесь навалом. Как будто в кишлаках, где есть «свет», электричеством отапливаются! Тоже на дровах сидят, так что все нормально. 

В принципе, Сафедбанд – действительно не уникальный кишлак: соседние Хошгир и Гульзор тоже никогда не видели «света», а в общем в Кулябском регионе до 101 кишлака так и не протянули линии электропередачи. Они находятся в горных, отдалённых районах: Муминабадском, Ховалингском, Балджуванском и Темурмаликском.

На недавней пресс-конференции начальник ООО «Шабакахои барки Кулоб» Давлатназар Холов говорил, что за все годы независимости на проведение электролиний в эти кишлаки никогда не выделяли средств. 

- Мы несколько раз в своих отчётах и письмах предлагали заняться электрификацией, но безрезультатно. Со стороны самих жители этих кишлаков были выделены деньги на проведение линий, но этих средств недостаточно, - говорил он.

- А вам когда-нибудь обещали провести электричество?
- Да, как-то обещали, но мы уже не помним, когда разговор был. Ну и света здесь как не было, так и нет, - отвечают они. 

РАНЬШЕ ТЕЛЕФОНЫ ЗАРЯЖАЛИ В СОСЕДНЕМ КИШЛАКЕ

Первый дом в Сафедбанде – это дом учителя истории Эмомали Шарипова. Он работает в соседнем кишлаке Шахрак, который в 3 км от Сафедбанда, и куда местные дети ходят в школу, а местные пациенты ходят в медпункт. В Шахраке есть «свет», и Эмомали рассказывает нам, что еще несколько лет тому назад сафедбанцы ходили туда не только за знаниями и медицинской помощью, но и для того, чтобы зарядить свои телефоны.

- Если приходили в кишлак, то обязательно заряжали телефоны, но теперь люди стали жить намного лучше, и вот я, например, купил себе солнечные батареи, теперь соседи заряжают телефоны у меня. 

Своими солнечными панелями Эмомали очень гордится, потому что дались они ему нелегко – заплатить пришлось 2 тысячи сомони ($225); говорит, что копил деньги очень долго.

- Скотину выращивал, орехи собирал и продавал, яблоки сушил и тоже продавал, но больше всего меня спасла пасека – были годы, когда я по тонне мёда получал со своих ульев, так и заработал. Зато теперь с этими батареями мы беды не знаем – лампочки в комнатах горят, телевизор смотрим, магнитофон слушаем. Очень удобно.

Все местные жители в Сафедбанде занимаются тем же, чем и Шарипов, – выращивают скотину, у каждой семьи по 5-15 голов скота, собирают дикие яблоки, груши, вишню и алычу – сушат фрукты и продают. Еще здесь полно грецких орехов, которые жители тоже собирают. 

- Но мы как собираем? Мы работаем с Лесхозом (Агентство по лесному хозяйству, – прим. ОА), у нас есть план – сдать по 100 кг сухофруктов или орехов, за это получаем зарплату, а все, что соберем больше, – наше, и мы сами это продаем, - объясняет учитель.

Цены на урожай у сафедбандцев приемлемые, так что со всей округи сюда приезжают покупатели: 1 кг грецких орехов – 10 сомони ($1,1), сушеные яблоки или алыча – по 1,5 сомони ($0,17) за килограмм. 

- В общем, жить здесь можно, деньги под ногами валяются, только собирай. Мы ни разу не пожалели, что сюда переехали, и уезжать не собираемся, но вот молодежь, конечно, мечтает в город вырваться, и у них это получается, - говорит Шарипов. 

ДЕТИ, КАК ШАХТЕРЫ, ДЕЛАЛИ СВОИ УРОКИ

Представитель молодежи Сафедбанда – это восьмиклассница Фарида, средняя дочь Эмомали, с любопытными глазами, светлыми волосами и вздернутым носиком. Мы ее заинтересовали как-то сразу и больше, чем всех остальных. Оказалось, что Фарида мечтает быть журналистом и присматривается; эти надежды ничуть не удивляют: ее отец рассказывает, что четверо его старших детей получают образование в Душанбе. Трое сыновей – в вузах, а дочь хотела в медуниверситет, но не набрала нужных баллов, пошла в медицинский колледж, планирует, что потом будет легче поступить и в университет. 

Фарида долго не раздумывает и начинает рассказывать нам стихи:
- Белая береза под моим окном
Принакрылась снегом, точно серебром. 
На пушистых ветках снежною каймой 
Распустились кисти белой бахромой…

И поясняет: «Это Есенин».

Ее мама хвастается: Фарида – круглая отличница, и вообще все семеро детей учатся хорошо.

- Все мои дети – отличники, никогда школу не пропускают, вечером возвращаются и сразу садятся делать уроки. Как шахтеры делают – привяжут себе к голове фонарик и сидят, занимаются. Они у меня – молодцы! 

Одни девчонки в школу ходить не могут – опасно, поэтому каждый день отправляются на уроки с отцом, а потом ждут, когда он закончит работу, чтобы вернуться домой вместе. «Опасно», потому что эти горы полны не только фруктами и орехами, но и животными – кабанов и медведей здесь очень много.

- С весны каждое утром прямо мимо нашего дома проходит медведица с двумя медвежатами, мы их дома слышим, как они идут, ревут, фыркают. Но мы их не трогаем, и они нас тоже обходят стороной; правда, кабаны огороды портят часто, мы их гоняем, - рассказывает Шарипов. 

Причем никакого оружия у местных жителей в помине нет, рассчитывают только на свой жизненный опыт; говорят, что если встречаются с животными, не паникуют, не бегут, кабанов и медведей пугают криком, поясняют: «Они такие трусы».

Сами местные жители боятся только одного: если, не дай бог, зимой нападет какая-нибудь серьезная хворь. Тогда шахракский медпункт точно не спасет, нужно будет идти в Муминабад. А это 25 километров по дороге, заваленной полутораметровым слоем снега, который выпадает здесь в декабре и держится до конца апреля. Шарипов рассказывает, что тогда мужчины тащат больного до областного центра на руках. Говорит, что для таких случаев сделали в кишлаке специальные носилки. 

Сафедбандцы вообще во всем привыкли рассчитывать только на себя. 

Лилия Гайсина

Источник: "The Open Asia" ("Открытая Азия- онлайн")