Афганцы рассматривают Индию как настоящую силу, а «сильных» американцев как защитников и  диверсантов. 

Недавно в афганском городе Герат, расположенном на западе страны, прошла конференция по вопросам региональной безопасности. В ходе мероприятия произошёл «жёсткий» обмен мнениями между американским военно-политическим аналитиком, специализирующимся на вопросах Южной Азии, Кристианом Файэром и отставным бригадиром Саадом Мухаммедом из пакистанской спецслужбы ISI касаемо специфики армии Пакистана. Г-жа Файэр в отношении пакистанской армии употребляла различные эпитеты, назвав её, к примеру, «гиеной» и «стервятником, питающимся падалью».

Очевидно, что Файэр выступает в роли серьёзного критика армии Пакистана, которой она совсем недавно посвятила целую книгу. Она не стесняется высказывать своё мнение об огромном и негативном влиянии армии на государственное устройство Пакистана. Бытует мнение, что этот факт делает её весьма привлекательной особой для индийского аппарата. Она публично позволяет себе говорить то, на что лишь у немногих в правительстве может хватить мужества.   

Однако то, что произошло дальше в Герате, не касалось ни Индии, ни Пакистана, ни затянувшегося напряжения в их отношениях.  

Взаимные выпады между Файэр и бригадиром ISI (отставным бригадиром) Саадом Мухаммедом, когда звучали такие слова, как: «Это ваша страна, а не моя – стервятник и гиена», сопровождаемые аплодисментами в зале со стороны нескольких афганцев, что столь же удивительно, как и само освещение этих вопросов. На самом же деле, каждый раз, когда кто-нибудь да критиковал власти Пакистана, его армию и ISI, вполне отчетливо демонстрировался подход, заключающийся в разграничении этих институтов и пакистанского народа.

На организованной Институтом Афганистана по изучению вопросов безопасности двухдневной конференции публика была возбуждена и аплодировала с большим энтузиазмом.

«В Пакистане никогда не существовало менталитета, ориентированного на мир и стабильность, страна пытается использовать терроризм и талибов для колонизации Афганистана», - заявил директор Института Афганистана по изучению вопросов безопасности, бывший министр иностранных дел Афганистана, Рангин Дадфар Спанта.

Ввиду того, что Афганистан отмечает 15-летие освобождения от талибов, афганцы, кажется, всё же больше нервничают из-за утраты социально-экономических благ, которые им удалось приобрести за это время, не говоря уже о той части страны, где налицо клептократическая составляющая.

В прошлом году Талибан во второй раз взяли город на севере провинции Кундуз. Город Лашкаргах в  южной провинции Гильменд мог оказаться в руках группировки в любой день в то время как  столица юго-западной провинции Урузгана, Таринкот, была уже практически готова сдаться.

Однако несколько встреч с представителями Афганистана в Кабуле и Герате в шикарных гостиных с большим количеством участников продемонстрировали анти-пакистанскую риторику, что сегодня вызывает гораздо более серьёзные опасения, чем, когда бы то ни было. 

Представители Афганистана утверждают, что в 2011 году Пакистан сорвал заключение афгано-пакистанского транзитного торгового соглашения, который бы позволил грузовым фурам, перевозящим афганские товары,  приблизиться к границе в Вагахе. По сути, представители Афганистана говорят о том, что афганские грузовики были остановлены у города Пешавар в пакистанской провинции Хайбер-Пахтунхва, прямо на афгано-пакистанской границе. 

Официальные лица заявили, что в настоящее время в Кабуле активно рассматривается вариант принятия ответных мер в отношении Пакистана, например, речь может идти о перекрытии доступа в Среднюю Азию для пакистанских грузовых фур. Это позволило бы им отсортировать дешёвые китайские товары, наводняющие рынки, когда поезд, следующий из восточного китайского города Нантонг в Хаэратон на узбекско-афганской границе, начинает в течение нескольких недель оказывать свои услуги.

Также официальные лица заявили о своём недовольстве тем, что афгано-пакистанское транзитное торговое соглашение не допускает того, чтобы погруженные на фуры индийские товары отправлялись обратно в Афганистан. 

Таким образом, Дели и Кабул в настоящее время активно рассматривают возможность использования нескольких регулярных рейсов, соединяющих две столицы, для создания воздушного коридора, который бы обеспечивал предоставление значительных скидок бизнесменам и предпринимателям. 

«Индия играет важную роль в регионе, и нам стоит сравнивать её с Китаем, а не с Пакистаном», - сказал дружественный Кабулу проталибский аналитик Назар Мухаммед Мутман, отвечая на вопросы корреспондента.

На вопрос о том, значит ли это, что талибы изменили своё мнение об Индии с 1992 года, когда был повешен президент Афганистана, друг Индии, Наджибулла, Мутман ответил так: «Талибан изменил мнение. В настоящее время оно более зрелое. Это уже не то мнение, что было раньше».

«Пакистан заботят только его собственные интересы, но афганцы не хотят снова оказаться игрушкой в его руках.  И, если пакистанцы думают, что смогут использовать нас, они должны вспомнить, что мы сделали с англичанами, с советскими солдатами, с американцами и силами НАТО», - добавил он.

Возможно, главным доказательством гнева и ярости талибов в адрес Пакистана служит тот факт, что лидеры Талибан, включая брата бывшего лидера талибов Муллах Омара, встретились в сентябре в Дохе, столице Катара, с главой афганской разведки Мухаммедом Станекзаи и американскими представителями для проведения тайных переговоров.  На переговорах представителей Пакистана не было.

Принимая во внимание тот факт, что Пакистан играл роль главного переговорщика между талибами и такими серьёзными игроками как США и Китай, проведение встречи в пакистанском городе Мури, также, как и в Катаре, при последних тайных переговорах без пакистанских представителей, станет большим ударом для Равалпинди.

Однако Мутман заявил, что  Пакистан  плохо относился к талибским лидерам в течение долгого периода времени.  Так, например, Пакистан говорил США, что бывший лидер талибов Мулла Мансур хотел перебраться в Гильменд, в западную часть Афганистана. В итоге он в мае в США был убит ударом дрона.

«Кроме того, Пакистан арестовал  талибов высшего звена, которые проживали в Кветте в течение нескольких лет, в том числе, Муллу Ахмадуллаха Наная. Бывший полевой командир талибов, Мулла Барадар, был арестован и с тех пор у него есть «проблемы с памятью», - пояснил Мутман.

«Пакистан хочет иметь преимущество перед талибами, чтобы использовать их против Индии», - добавил он к сказанному ранее.

Экс-глава ГУНБ Афганистана Амруллах Салех указал на то, что именно президент Ашраф Гани прошёл долгий путь с тех пор, как он протянул руку к пакистанской Межведомственной разведке и армии в Равалпинди вскоре после того, как он пришёл к власти в середине 2014 года.

В мае, по приглашению президента Хасана Рухани, Гани посетил Тегеран для проведения встречи с премьер-министром Наредра Моди и подписания соглашения о строительстве порта «Чабахар», который позволил бы индийскому бизнесу обойти препятствия, выставленные Пакистаном на суше.

«Индия помогла нам избавиться от менталитета осады, созданного Пакистаном»,- сказал Салех и добавил, что дорога из Чабахара к приграничному афганскому городу Зарандже, а далее шоссе, которое Индия построила по направлению к Деларам, на юге Афганистана, в настоящее время следует считать «стратегическим маршрутом, который представляет собой альтернативу порту Карачи».      

В течение двух дней, что длился диалог по вопросам безопасности в Герате, не оставили в стороне даже китайского посла в Кабуле Яо Цзина. «Зачем Китаю продолжать осуществлять такие существенные инвестиции в китайско-пакистанский экономический коридор, когда вам известно, что Пакистан тесно связан с тайными террористическими группировками на территории Афганистана», - спросил один из присутствующих.

Также был задан вопрос о том, почему лидеры талибов жили и умерли в Пакистане? Ещё один интересующийся спросил, почему Мушахид Хусейн, отправленный премьер-министром Пакистана Навазом Шарифом в США для лоббирования интересов в Кашмире, заявил, что Пакистан не смог бы разрешить проблемы с Афганистаном до тех пор, пока не был бы «разрулен» вопрос вокруг Кашмира.

Вице-министр иностранных дел Афганистана, Насир Андиша, спросил у экс-главы разведки Пакистана Асада Дуррани, что именно подразумевает Пакистан под «стратегической глубиной» и под термином, который Пакистан иногда употребляет для демонстрации контроля над Афганистаном.

В ходе разговора между афганцами и пакистанцами накануне конференции в Герате участница со стороны Афганистана, как сообщается, выступая перед пакистанской аудиторией, заявила: «Если вы выйдете на улицы, то вы обнаружите, что далеко не все люди похожи на вас».

Возможно, самым большим плюсом за последние 15 лет, приобретённым в условиях свободы от талибов, является то, что Афганцы всё чаще решаются бросить вызов миру. Индия рассматривается как настоящая сила, а её стремительный экономический рост как преимущество для региона. Могущественные американцы же рассматриваются двояко, то есть и как защитники, и как диверсанты. Однако, что касается Пакистана, где видны самые значительные изменения, афганцы, в этом контексте, рассматривают их в качестве спонсора террористических группировок по ту строну линии Дюранда. 

Перевод Dialog.tj