Несмотря на то, что Евросоюз – интеграционное объединение, которое, казалось бы, должно стремиться к осуществлению собственных целей, на деле вмешательство внешних игроков, таких, как США и НАТО, усложняет ситуацию.

Уже сейчас внутри ЕС можно заметить, что позиция прибалтийских государств и стран Вышеградской группы зачастую по многим вопросам отличается от мнения Брюсселя и западноевропейского ядра основателей ЕС. Если существующая тенденция сохранится, ЕС рискует войти в период внутренней раздробленности, что значительно ослабит его на международной арене. Брюссель пытается спасти положение, однако реальных инструментов воздействия на «инакомыслящие» страны внутри ЕС у него нет.

От чего зависит европейская интеграция?

В последнее время мы все чаще слышим заявления высших чиновников Брюсселя о необходимости серьезных изменений и реформ во всех отношениях, о жестком выполнении всех регламентов ЕС, о важности выстраивания единой внешнеполитической линии, о стремлении укрепить союз. Все это объективно требует признания государствами-членами значимости наднациональных органов и коммунитарной политики. Без этого признания и четкого следования всем требованиям ЕС сохранение и продолжение интеграции ставится под вопрос.

Неслучайно и глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, и еврокомиссар по вопросам юстиции, потребителей и равенства полов Вера Юрова, и ряд членов Европарламента в лице Комитета гражданских свобод поставили вопрос о выполнении участниками интеграции всех требований ЕС добровольно или под угрозой наказания. В частности, они ссылались на возможность задействования 7 статьи Договора о Евросоюзе, благодаря которой возможно лишение страны права голоса в Совете ЕС за отход от демократических норм.

Таким образом, в очередной раз чиновники Брюсселя и некоторые национальные лидеры оказались по разные стороны баррикад. И в очередной раз было доказано, что главным водоразделом в отношении интеграционного процесса является позиция сторон по вопросу национального суверенитета.

Суверенитет и США в европейской интеграции

На макрорегиональном уровне ЕС олицетворяет собой глобализационные процессы. Он связан с работающим и даже вдохновляющим других примером построения единого рынка и единого пространства в целом. ЕС также являет собой эффективный и показательный пример либерализации торгово-экономических отношений.

Неслучайно А. Меркель на правах лидера ЕС заявила на форуме в Давосе, который прошел в январе 2018 г., о необходимости придерживаться либеральных принципов повсеместно, и уточнила, что с учетом нынешней позиции США бремя их поддержания перешло именно к ЕС.

Поэтому он вскоре начал позиционировать себя как международную организацию, имеющую собственный и единый взгляд хотя бы на некоторые вопросы мировой политики. В качестве примера можно привести позицию большинства стран ЕС по вопросу ядерной сделки с Ираном.

Однако, поскольку такие страны, как Польша, Эстония, Латвия и Литва занимают проамериканские позиции по всему спектру внешнеполитических вопросов, сформировать единый взгляд ЕС на все международные проблемы невозможно.

И здесь вопрос суверенитета ЕС в целом и суверенитета стран ЕС в частности неизбежно связывается с их отношением к США и НАТО. Именно по причине связанности этих двух моментов судьба ЕС в целом и каждой отдельной его страны становится в некотором смысле «игрушкой» более значительных трендов. Оказывается, что страны-члены ЕС принуждены в своей европейской и национальной политике каждый раз делать выбор в пользу ЕС или в пользу США и НАТО. Поэтому каждый такой выбор становится поистине судьбоносным для отдельно взятой страны и ЕС как организации.

И здесь тоже нельзя не привести в пример историю с неудавшейся попыткой России договориться с Болгарией о прокладке трубопровода по ее территории. Тем не менее, поскольку лидер ЕС в лице А. Меркель в настоящее время все-таки в некоторой степени дистанцировался от США, это заставляет ставить вопрос о выполнении всех требований ЕС более критично и жестко. Поэтому неудивительно, что именно они стали центральным элементом в стратегии стабилизации интеграционной ситуации внутри ЕС.

Избавиться от «мешков с песком»

Это действительно необходимый шаг, хотя его можно назвать рискованным и в некоторой степени подвергнуть критике за стремление Брюсселя к еще большему давлению на национальный суверенитет стран-членов. Интересно, что еврокомиссар по вопросам юстиции, потребителей и равенства полов Вера Юрова вообще уничижительно назвала страны, не соблюдающие правила сотрудничества, «мешками с песком», которые будут сброшены как балласт в случае усиления давления на ЕС разных проблем и угроз.

При этом данное заявление не связано со стратегией расширения ЕС на Западные Балканы, в лице которых ЕС надеется приобрести более надежных и эффективных партнеров.

Тем не менее как раз страны Восточной Европы, которые наиболее часто обвиняются в нарушении требований ЕС, выражают сомнение в возможностях расширения ЕС, так как это, безусловно, приведет к сокращению выплат из коммунитарного бюджета.

Соответственно, в этом можно видеть свидетельство реальности многоскоростной Европы и разделения ЕС на блоки. Так, например, специфические позиции по всем вопросам внешней политики отстаивают прибалтийские государства, которые, безусловно, хотели бы солидаризироваться со странами Северной Европы. Однако последние пока что не спешат признавать их членами своего клуба. Также, например, у стран Вышеградской группы всегда есть свое особое мнение.

При этом заявления представителей Вышеградской группы следует рассматривать скорее как политический шантаж. Обвинения Брюсселя в авторитаризме не использовались бы, будь данные страны в действительности заинтересованы в выходе из ЕС. Они готовы упираться, но остаться, переняв логику селективного участия в интеграции Британии.

Кроме того, брекзит уже сыграл свою печальную роль в интеграционном процессе, указав, что на союз следует давить, так как после брекзита Брюссель не сможет допустить выхода из ЕС других государств, а значит, готов к уступкам. В свою очередь, Брюссель стремится разрушить Вышеградскую группу, выделяя из нее Чехию, которая играет более конструктивную роль во взаимодействии с ним.

Интересно, что брекзит указал политический путь и инструменты в противостоянии с Брюсселем, а миграционный кризис в большей степени создал ситуацию, которая сделала возможным применить эти инструменты.

Так, В. Орбан, премьер-министр Венгрии, заявил о праве каждого государства защищать свои границы от иммигрантов, поэтому Венгрия не сможет выполнить требования ЕС о принятии иммигрантов согласно квоте. И его слова нельзя игнорировать, так как он стал политическим лидером страны уже в четвертый раз. Помимо Венгрии против квот выступили Польша, а также Словакия. Более того, эти страны даже подали иски с требованием отменить обязательные для стран – членов Евросоюза национальные квоты на расселение беженцев. Но Суд ЕС отклонил эти иски.

Кроме того, в отношении стран, не выполняющих требования, ЕС выдвигает свой набор претензий: ослабление Конституционного суда и судебной системы, коррупция, ограничения прав и свобод человека и гражданина, контроль над средствами массовой информации, ограничение деятельности неправительственных организаций, научно-исследовательских учреждений, дискриминация меньшинств.

Таким образом, сейчас мы наблюдаем игру в политический шантаж, которая разворачивается сразу на нескольких уровнях и между несколькими участниками. Следуя логике интеграционного процесса и заявлениям чиновников разного ранга, можно сделать вывод, что ЕС может трансформироваться в союз союзов, что, безусловно, ослабит Брюссель.

Недаром тот же В. Орбан постоянно подчеркивает, что нельзя из единой Европы делать Соединенные Штаты Европы. А фактор США оказывается более значительным для европейского интеграционного процесса, нежели полагали сами европейские политики. Однако у ЕС нет серьезных рычагов влияния на «непослушные» страны, особенно в условиях брекзита. Это обострит интеграционный процесс, усилив разделение на блоки, вопреки стремлениям Брюсселя.

Источник: Eurasia Expert