«Существует огромная разница между тем, что делает аудитор и тем, что люди думают о его работе. К сожалению, на практике даже сотрудники финансового сектора не всегда понимают, что аудитор – это не ревизор, а своего рода доктор, который смотрит, изучает, ставит диагноз и предлагает необходимые варианты лечения», - рассказала в интервью журналу «Иктисодчи» директор ООО «Делойт и Туш» Гуланор Атобек. 

- Расскажите, пожалуйста, как давно компания «Делойт» работает в Таджикистане.

Компания «Делойт» начала свою работу в Таджикистане в 2005 году. Мы являемся частью структуры «Делойт СНГ», которая входит в состав «Deloitte Touche Tohmatsu Limited». Работаем в сфере предоставления услуг в области аудита, налогообложения, консалтинга и корпоративных финансов. Офисы «Делойт» функционируют более чем в 150 странах мира, включая 9 стран СНГ, а также в Грузии и на Украине. На сегодняшний день в офисе «Делойт» в Таджикистане трудятся 16 человек, в основном, это местные специалисты.

«Делойт» входит в четвёрку самых крупных аудиторских компаний в мире, а в последние 3 года мы занимаем позицию №1, как самая крупная аудиторская фирма.

- Кто обычно обращается за аудитом в Таджикистане?

Как правило, это те компании, которых законодательство обязывает проводить аудит. Согласно Закону Республики Таджикистан «Об аудиторской деятельности», обязательному аудиту подлежат субъекты публичного интереса. Это банки, страховые организации, биржи, фонд гарантии вкладов физических лиц, пенсионные фонды, юридические лица, ценные бумаги которых обращаются на фондовых биржах Республики Таджикистан. Обязательному аудиту подлежат и субъекты естественной монополии, а также субъекты, финансовые и количественные показатели которых превышают определенные лимиты. Проще говоря, все крупные игроки на местном рынке.

Также к нам очень часто обращаются дочерние предприятия и филиалы международных компаний. Бывает так, что для инвестора принципиально важно, чтобы аудитор был именно из числа так называемой «большой четвёрки» аудиторских компаний мира. Это нужно инвестору, чтобы получить гарантировано качественные услуги. Для таких компаний вопрос стоимости этих услуг становится второстепенным.

- Можете ли Вы назвать общее количество клиентов, воспользовавшихся услугами «Делойт» в Таджикистане?

За последние 5 лет мы оказали услуги порядка 20-ти компаниям, а за всё время нашей работы цифра значительно больше. Здесь я точно могу сказать, что за всё это время мы провели аудит в большинстве крупных компаний, действующих на рынке страны.

- Есть ли конкуренция на рынке аудиторских услуг в Таджикистане?

Рынок сейчас, конечно, развивается, но медленно. В Таджикистане он сравнительно меньше, чем в соседних государствах.

Надо сказать, что осознание необходимости проведения аудита на нашем рынке появилось около шести лет назад. Но и сейчас многие компании относятся к аудиту как к процедуре, требующей ненужных расходов. Понимание пользы аудита, приходит только тогда, когда компании начинают получать качественные услуги. Они видят, что аудит - это своего рода ещё и консалтинг. Ведь в процессе аудита мы косвенно передаём определённые знания персоналу наших клиентов.

В Таджикистане компании чаще всего проводят только ежегодный аудит. Если же посмотреть на опыт других стран, то кроме ежегодного аудита, клиенты также проходят полугодовой и квартальный аудит или обзор. Обзорная проверка не является аналогом аудита финансовой отчётности, так как она менее детализирована и направлена на обнаружение признаков несоответствия финансовой отчётности основам её подготовки в существенных аспектах. У нас это пока не распространено.

В целом же на рынке действует достаточно много аудиторских компаний, есть и представители международных аудиторских фирм, входящих в десятку международных аудиторских компаний. В принципе, мы с ними и конкурируем, потому что другой компании из так называемой «большой четвёрки» в Таджикистане нет.

- Наверное в аудиторе чаще видят ревизора, нежели помощника?

Да, вы правы. Действительно существует очень большая разница между тем, что мы делаем, и тем, что люди думают о нашей работе. Эта проблема заметна практически всегда, когда мы впервые где-то проводим аудит. Сначала сотрудники нас избегают, боятся, думают, что если мы выявим какую-то ошибку, то их за это накажут. Порой требуется длительное время на то, чтобы сотрудники поняли, что мы - не карательный орган, а пришли, чтобы помочь.

Во-вторых, приходится часто сталкиваться с тем, что сотрудники компаний работая в программе «1С Бухгалтерия», считают, что они ведут учёт в соответствии с международными стандартами финансовой отчётности (МСФО). Но на самом деле программа, используемая компанией, является всего лишь инструментом, который используют сотрудники для ведения учёта. А то, какие именно проводки сделать и как оценивать те или иные активы и обязательства должно быть прописано в учётной политике. И самое главное, внедрено на практике.

Есть и другой момент, когда аудит воспринимается в качестве «генеральной уборки». Люди часто думают, что мы проверяем буквально каждую операцию. На самом же деле, если проверять каждую операцию в банке, то неизвестно, сколько лет на это потребуется. Да и стоимость аудита в этом случае вырастет во много раз. Наша цель при проведении аудита состоит в получении разумной уверенности, что финансовая отчётность не содержит существенных искажений вследствие недобросовестных действий или ошибок, а также в выпуске аудиторского заключения, содержащего наше мнение. Разумная уверенность – это высокая степень уверенности. Но она не гарантирует, что аудит, проведенный в соответствии с международными стандартами аудита, всегда выявит существенные искажения при их наличии. Искажения могут быть результатом недобросовестных действий или ошибок и считаются существенными, если можно обоснованно предположить, как в отдельности или в совокупности они могут повлиять на экономические решения пользователей, принимаемые на основе финансовой отчётности.

Но, хочу отметить, что на второй год нашей работы у сотрудников появляется больше понимания. Тогда нам становится намного легче работать. Я также замечаю, что в процессе аудита работники компаний занимаются более детальным изучением МСФО. Например, те клиенты, с которыми мы начали сотрудничать в 2005-2006 годы, очень сильно поменялись за эти годы. Был период, когда из-за требования о ротации аудиторов, мы не проводили у них аудит в течении нескольких лет, а потом, когда мы приходили на аудит, было видно, что сотрудники не сидели на месте, они росли и развивались. Особенно радует то, что сотрудники компаний начинают ставить под сомнение то, что мы говорим и сами обращаются к стандартам. Это на самом деле приятно. Количество профессионалов, которые разбираются в МСФО, значительно выросло в последние годы.

- Вы затронули тему ротации. О чём идёт речь?

Согласно Закону Республики Таджикистан «Об аудиторской деятельности» аудиторская организация не вправе проводить аудит одной и той же компании более трёх последовательных отчётных годовых периодов. При этом, аудиторская организация не вправе проводить аудит даной компании в последующие два отчётных годовых периода. На практике получается, что три года мы проводим аудит компании и потом три года не проводим, так как менять аудитора через два года нет никакого смысла. Компании продолжают работать с тем же аудитором и на третий год, так как смена аудитора для компании серьёзный стресс.

Надо сказать, что до введения требования по ротации, мы работали с компаниями в течении длительного периода, так как им было удобно с нами взаимодействовать. В ходе аудита мы косвенно обучали их сотрудников МСФО.

Компании понимали, что услуги международного аудитора могут стоить чуть дороже, чем, например, услуги тех же местных компаний. Но при этом их работники получали знания и опыт, которые потом использовали в своей работе.

- Известно, что наряду с государственной, в международных аудиторских компаниях существует ещё и внутренняя ротация. Скажите, как выстраивать свою деятельность в условиях двойной ротации?

Вы знаете, есть некоторые неудобства, которые сказываются не только на нас, но и клиентах. Если не останавливаться только на пространстве СНГ и рассматривать вопрос глобально, то нигде в мире, пожалуй, больше такого жёсткого требования о смене аудита нет. Существуют определённые стандарты аудиторской деятельности, которых должны придерживаться все аудиторские компании. И вы правы, у всех международных аудиторов есть правило внутренней ротации.

В «Делойте», например, обязательная ротация партнёра по проекту проводится минимум каждые семь лет, с которым по большому счёту меняется и вся команда. Соответственно, это уже свежий взгляд на работу. Партнёр по аудиту – это самая высокая позиция в аудиторской компании. Это тот, кто несёт ответственность за аудит. В «Делойте» вопрос необходимости ротации партнёра по аудиту рассматривается ежегодно и если есть необходимость ротации партнёра по аудиту, то она обязательно проводится.

Мы понимаем, что при принятии закона рассматривают не только практику международных компаний, но также практику в местных компаниях. Соответственно, устанавливают более жесткие условия, поэтому, к сожалению, получается, что невозможно сделать так, чтобы было комфортно и одним, и вторым. Мы с пониманием относимся к принятым мерам, но иногда в этих условиях клиент оказывается лишённым права выбора. Дело в том, что были ситуации, когда клиенту нужен был именно международный аудит, а международных компаний у нас на рынке не больше пяти. При этом аудиторские компании также оказывают и другие консалтинговые услуги помимо аудита, при предоставлении которых аудиторская компания не имеет права проводить аудит, так как возникает конфликт интересов.

В итоге складывается ситуация, когда одна компания сделала клиенту оценку, например, основных средств, другая оценила другие материальные активы, третья дебиторов, четвертая провела уже аудит в течении трёх лет. И получается, что не из кого выбирать. В данном случае такие ситуации вполне могут возникать, и клиент просто вынужден работать с тем, что есть. По факту у него просто не остаётся права выбора, что, на мой взгляд, несколько неправильно.

- Вы отметили, что смена аудитора для компании — это некий стресс. Почему?

Потому что, когда приходит новый аудитор, у него снова возникают те же вопросы, что и у предыдущего. И тогда, честно говоря, иногда у сотрудников клиента просто сдают нервы. Но всё это, конечно, решаемые вопросы.

Мы со своей стороны стараемся облегчить процесс перехода и сделать его наименее болезненным для клиента, работая с предыдущими аудиторами при смене аудитора. Мы встречаемся, обсуждаем, что было сделано предыдущими аудиторами для тестирования остатков в отчёте о финансовом положении на конец предыдущего периода.

Очень хотелось бы, чтобы ротацию убрали совсем, так как три года - это очень маленький срок и нам достаточно сложно планировать свою деятельность при требовании о ротации. Приходится учитывать, что через определённое количество лет этот клиент уходит, приходит другой и такое планирование нас немного выбивает из колеи, так как не получается спланировать своё, к примеру, расширение.

- Вы являетесь соучредителем недавно созданной Ассоциации бухгалтеров и аудиторов Таджикистана. Расскажите, пожалуйста, о её деятельности.

В 2016 году мы совместно с «Бейкер Тилли Таджикистан» и «Кроу Хорват Таджикистан» учредили и зарегистрировали Ассоциацию бухгалтеров и аудиторов Таджикистана. Пока в ней всего три члена. Мы только начинаем активную деятельность. Ассоциация создавалась, с одной стороны, в целях защиты интересов компаний, работающих в нашем секторе, а с другой - для того, чтобы при необходимости помогать государственным органам в разработке нормативно-правовых актов, касающихся нашей отрасли. Мы считаем, что процесс взаимоотношений с государственными органами должен быть обоюдным. В данном процессе мы также должны вносить свой вклад и готовы к этому.

Нельзя не отметить и то, что министерство финансов Республики Таджикистан для нас открыто. Нет никаких проблем в общении с представителями ведомства. Просто рынок аудиторских услуг у нас в стране пока ещё на этапе становления и потребуется некоторое время, чтобы наладить работу всей системы.

- Каким образом Вы взаимодействуете с Национальным банком Таджикистана?

Национальный банк Таджикистана также очень активно взаимодействует и контролирует аудиторские компании, которые проводят аудит банков. Мы довольно часто встречаемся, когда возникают какие-то конкретные вопросы по аудиту определённого банка. Для нас это вполне нормальная практика, когда аудитор, клиент и представитель департамента банковского надзора Национального банка Республики Таджикистан встречаются и обсуждают появившиеся вопросы.

Очень отрадно, что в последние годы многое изменилось. Поменялось руководство, обновился штат. Соответственно и проведение процедур изменилось в лучшую сторону.

- Скажите, может ли наличие аудиторского отчёта говорить о том, что компания получила положительное заключение?

Абсолютно нет. Как я уже говорила ранее, цель аудита состоит в получении разумной уверенности, что финансовая отчётность не содержит существенных искажений вследствие недобросовестных действий или ошибок, а также в выпуске аудиторского заключения, содержащего наше мнение. При этом мнение высказывается о конкретной финансовой отчётности. Необходимо отметить, что аудитор может выразить как положительное мнение, так и мнение с оговорками или отрицательное мнение. В некоторых ситуациях возможен даже отказ от выражения мнения. При этом, конечно же, причины отказа будут указаны в аудиторском заключении.

- Что означает для компании отказ аудитора от выражения мнения?

Основанием для отказа от выражения мнения может быть то, что аудитор не смог получить достаточные и надлежащие аудиторские доказательства для выражения мнения о финансовой отчётности. Например, у некоторых компаний есть активы ещё с советских времён. Эти активы никогда не переоценивались. При этом, они могут составлять до 90% от всех имеющихся активов. Возникает ситуация, когда мы не можем подтвердить стоимость этих 90% активов. Соответственно, в такой ситуации мы скорее всего откажемся от выражения мнения. Соотношение той части, которую мы не можем подтвердить по отношению к остальной части, играет в данном случае огромную роль.

Бывает, что при появлении каких-то вопросов часто ссылаются на проверку аудиторов. Но при этом даже не просматривают само аудиторское заключение или же могут не обратить внимания на то, что данное заключение выражает мнение с оговорками. Иногда это даже может быть параграф, отдельно привлекающий внимание к конкретному аспекту, например, к тому, что у компании постоянные убытки, и мы не знаем, сможет ли она в обозримом будущем продолжать свою деятельность. Само аудиторское заключение прилагается к финансовой отчётности, то есть, например, компания показывает убытки, и аудитор подтверждает, что данная финансовая отчётность во всех существенных аспектах верно отражает их деятельность.

- А что нужно для того, чтобы сформировать определённое мнение о компании?

Если у компании есть аудиторское заключение, то я конечно же, обязательно в него загляну. Но при этом я как минимум взгляну ещё и на основные четыре документа финансовой отчётности, которые включают отчёт о финансовом положении (раньше он назывался бухгалтерским балансом), отчёт о прибылях и убытках и прочем совокупном доходе, наконец, отчёт о движении капитала и отчёт о движении денежных средств. Также я просмотрю другую доступную информацию о деятельности компании. Только после этого я смогу сформировать своё мнение об этой компании.

- Интересно, осуществляют ли частные аудиторские компании проверку каких-то объектов совместно с государственными структурами?

Наверное, это один из наиболее часто задаваемых вопросов о нашей деятельности. Нет, мы этим не занимаемся. У прокуратуры и других ведомств должны быть свои аудиторы, которые помогают им в ходе проверок.

- Есть ли в числе клиентов аудиторских компаний государственные компании?

Да. Мы, например, за время нашей работы в Таджикистане проводили аудит ОАХК «Барки точик», ОАО «Рогунская ГЭС», ОАО «Таджик Эйр» и ГСБ «Амонатбанк».

В принципе тот факт, что 100% доли в компании принадлежит государству не лишает компанию обязательства проводить ежегодный аудит.

- Что является мотивирующим фактором для государственных структур обращаться к услугам частных аудиторских компаний?

Всё зависит от самой компании. Например, это может быть внешний инвестор, который собирается вкладывать деньги или покупать новое оборудование. Это может быть просто договор с инвестором, в рамках которого компания ежегодно должна проходить аудит.

Практически всегда соглашения, которые заключаются с международными организациями и финансовыми институтами, такими как Всемирный банк, МФК, ЕБРР, Азиатский банк развития, Евразийский банк, включают пункт обязательного прохождения аудита. Когда такие организации дают средства, они хотят понимать, что потом получат эти деньги назад. Поэтому ежегодно они должны видеть финансовую отчётность компании.

Иногда в компании может и не быть иностранного капитала, но общественность и международные организации хотят знать о её деятельности, поэтому там тоже может проводиться аудит. Это могут быть такие проекты как ОАО «Рогунская ГЭС», к которой приковано внимание не только жителей Таджикистана, но и всего мирового сообщества.

- Какие компании согласно действующему законодательству обязаны публиковать результаты аудита?

Банки обязаны. И они ежегодно публикуют свою отчётность. Они публикуют те самые четыре основных отчёта, о которых я уже говорила, плюс аудиторское заключение. Также некоторые банки держат всю эту информацию у себя на сайте в открытом доступе.

Кроме финансовых институтов, открытые акционерные общества по идее должны это делать. Но опять же не на многих сайтах можно найти их финансовую отчётность.

Все остальные обязаны сдавать финансовую отчётность в депозитарий, который должен быть создан. Я знаю, что все государственные компании сдают отчёты в министерство финансов Республики Таджикистан, которое их собирает до создания депозитария. Но, наверное, это был бы, скажем так, хороший шаг для рынка, если бы вся данная информация стала открытой, хотя бы какая-то её часть. Ведь если посмотреть, все мировые компании предоставляют финансовую отчётность в открытом доступе и ничего страшного не происходит.

- Но ведь обычно свои отчёты выставляют те компании, которые представлены на биржах. В Таджикистане же это пока только ОАО «Банк Эсхата».

Совершенно верно. Но, как мне кажется, эта ситуация скоро изменится потому, что в последнее время наша страна, очень быстро развивается. Для себя я поняла, что если мы чего-то захотим, то это обязательно сделаем. Например, мы долгое время говорили о том, что в стране ничего не делается в части налогового администрирования. А потом раз за разом Налоговый комитет стал удивлять тем, что довольно быстро осуществил переход на электронные декларации, стали выставляться электронные счета-фактуры, то есть весь этот процесс показался нам мгновенным. А ведь там была проделана большая работа задолго до того, как мы об этом узнали.

Ровно такая же ситуация произошла и с выпуском государственных облигаций. Опять же речь об этом шла давно, но, когда появилась необходимость, дело сразу довели до конца.

Аудиторам будет намного удобнее, если информация о финансово-хозяйственной деятельности компаний, а также информация о владельцах окажется в открытом доступе, так как при принятии новых клиентов, а также при оказании новых услуг текущим клиентам мы проводим определенные процедуры, чтобы убедиться в том, что независимы от клиента и не оказываем ему или связанным с ним лицам другие услуги, которые могут привести к конфликту интересов. Поэтому клиенты раскрывают нам всю структуру владения компании вплоть до конечного акционера или компании, чтобы убедиться в том, что мы даже где-то за рубежом не предоставляем никаких услуг материнской либо другой дочерней структуре, которая повлечет нарушение нашей независимости. Процесс будет проще, если информация о компаниях станет публичной.

- Наверное, Вас часто спрашивают сколько стоит аудит?

Вы правы, особенно часто такой вопрос задают те, кто никогда не сталкивался с аудитом. Они звонят и просят прислать прайс-лист на аудиторские или консалтинговые услуги. Я сразу хочу сказать, что стоимость аудита и консалтинга является нефиксированной.

Для того, чтобы определить стоимость, мы должны понять, сколько времени затратим на работу и какой персонал потребуется, чтобы предоставить услугу. Затем уже, исходя из утвержденных ставок сотрудников и необходимых часов, мы определяем, сколько будет стоить данная услуга. Для того, чтобы оценить, какое количество времени потребуется для проведения аудита, нам нужна финансовая отчётность компании. Она необходима, чтобы мы могли увидеть какие у компании есть активы, обязательства, доходы и расходы. И здесь снова возвращаемся к вопросу об открытости информации компаний, потому что даже в вопросах ценообразования мы бы сэкономили время, как себе, так и клиентам.

- Можете ли Вы сказать, какое количество компаний в Таджикистане на текущий момент ведут учёт и составляют свою отчётность в соответствии с МСФО?

На этот вопрос сложно ответить, потому что такой статистики никто не ведёт. Да и если спросить у компаний, ведут ли они свою отчётность по МСФО, то все ответят «да». Но на деле не всегда так.

Опять же согласно Закону Республики, Таджикистан «О бухгалтерской деятельности» все субъекты публичного интереса обязаны вести учёт по МСФО. Все остальные могут выбирать между национальными стандартами и МСФО.

В условиях Таджикистана во многих компаниях очень распространена модель, когда бухгалтерский учёт ведётся по национальным стандартам, но при этом финансовая отчётность подготавливается по МСФО. Для хорошего специалиста не составит труда провести определенные корректировки на разницы между национальными стандартами и МСФО при подготовке финансовой отчётности по МСФО. В любом случае все крупные компании, которые проводят аудит, готовят отчётность по МСФО, так как законодательство их обязывает.

- В республике сейчас работает достаточно много китайских компаний, в том числе и в добывающей отрасли. Бытует мнение, что они работают по своим китайским стандартам и практически не ведут какой-то внутренней отчётности. Можете ли Вы сказать, насколько всё же активно они применяют МСФО?

Я могу судить только по тем компаниям, с которыми мы работали. Хочу сказать, что у них очень хорошее понимание международных стандартов. В таких компаниях всегда есть люди в финансовом департаменте, которые занимаются подготовкой финансовой отчётности. Они стараются всю работу вести по МСФО. Лично я не встречала, чтобы у них были какие-то проблемы в этом плане.

Среди инвесторов уже давно принято изучать рынок прежде, чем зайти туда. Китайские бизнесмены тому не исключение. Они к нам довольно часто обращаются за консультацией также, как и европейские инвесторы. Во всех международных компаниях всегда есть штат финансистов, которые реально разбираются в МСФО и им не надо дополнительно что-то объяснять.

Здесь надо отметить, что и мы работаем не со всеми компаниями. Есть и те, кому не нужен аудит. Например, в основном международные компании открывают филиалы, аудит которых проводит аудитор головной компании. Согласно законодательству Республики Таджикистан, филиал не обязан проводить аудит, так как он не является отдельной компанией. Тем не менее иногда крупные компании проводят аудит филиалов для того, чтобы предоставить отчётность в государственные органы. У таких компаний даже может быть специальное требование в рамках их договора с правительством страны.

- Как известно, на одной чаше весов стоит аудит, а на другой бухгалтерия. Как Вы считаете, насколько в Таджикистане сейчас развиты бухгалтерские бюро, которые ведут бухгалтерский учёт разных компаний? Ведь ни для кого не секрет, что малый и средний бизнес сейчас предпочитает в основном аутсорсинг бухгалтерии.

На мой взгляд, аутсорсинг на нашем рынке довольно популярен, но опять же в основном среди иностранных компаний. Услуги аутсорсинга с каждым годом становятся всё более востребованными. В принципе - это разумное решение. Ведь всегда нужно смотреть на соотношение цена-выгода. Но иногда расходы — это не просто определенная сумма, которую компания платит. Надо ещё и учитывать риски, которые вкладываются в эти расходы.

Да, кому-то может быть невыгодно набирать всю команду бухгалтерии, а именно «аутсорсить» эту часть просто потому, что объём имеющихся операций этого не требует. Но, если у компании всё же есть какие-то долгосрочные планы, то потом постепенно всё равно набирается внутренняя бухгалтерская служба. Это выгоднее даже с точки зрения конфиденциальности имеющихся бухгалтерских данных.

Ещё одно направление для аутсорсинга, которое возможно скоро станет популярным, это внутренний аудит. Но об этом пока мы только начинаем думать.

- Выше мы говорили о российском программном обеспечении 1С. Скажите, адаптирована ли эта программа к таджикистанскому законодательству?

В Таджикистане, когда компании внедряют 1С, они уже устанавливают адаптированную под наше законодательство версию. Каких-то особых обновлений там не требуется.

1С - это общий журнал, который собирает в себе все секции, где для разных частей ведения учёта создаются отдельные модули. Например, возьмем тот же модуль, который считает заработную плату. Если один раз ввести настройки как правильно посчитать зарплату, то он и дальше будет работать.

Здесь главное, чтобы компания работала с официальным поставщиком, который адаптирует и затем проведет тренинги для сотрудников по использованию программы. По большей части туда нужно просто влить местный план счетов, который опять же только цифрами отличается. Я не думаю, что даже названия статей сильно отличаются. 1С - это инструмент, который может немного переделываться под бухгалтера.

К сожалению, у нас пока не всё используется, например, детальные субсчета. В основном, данные бухгалтерии используются для составления финансовой отчётности. Но нет полного понимания того, что если вести более детальный учёт, то эту информацию можно использовать для управленческой отчётности и анализа.

Если говорить о местных компаниях, то у них ведётся только какой-то обобщённый учёт. Если разбить доходы и себестоимость по разным видам продуктов, то для руководства это было бы очень хорошим инструментом для анализа, да и хотя бы просто посмотреть, какой продукт ему выгодно производить, а какой нет.

- Давайте вернёмся к консалтинговым услугам. Как Вы оцениваете нынешнее состояние рынка?

Консалтинговый бизнес пока у нас не так развит, как хотелось бы. Продукты, которыми сейчас пользуются, на самом деле очень ограниченные. Наверное, на рынке что-то завязывается в плане HR-консалтинга. Даже есть уже некоторые компании, которые этим занимаются. Но не сказать, что есть большой спрос на эти услуги. Оценка тоже не особо востребована. Если аутсорсинг, то это чаще всего HR-аутсорсинг, либо бухгалтерия. Консалтинг чаще всего у нас требуется, когда возникают юридические вопросы о том, в какой форме создать компанию, есть ли какие-то риски, как открыть филиал, либо же это может быть налоговый консалтинг.

Нельзя не сказать и о том, что заниматься налоговым консалтингом у нас, опять же, очень сложно, потому что трудно предугадать правильную трактовку какой-то статьи в Кодексе. С одной стороны, может казаться, что всё делается в соответствии с требованием Налогового кодекса. Но потом, на практике, может оказаться, что где-то в другой статье Кодекса есть предложение, которое ставит под сомнение всё, что было сказано выше. При таких обстоятельствах очень сложно оставаться уверенным в налоговом консультировании.

Налоговый консалтинг нужен, наверное, больше для того, чтобы клиент получил первоначальные данные о том, как вести учёт, какие налоги могут быть, а потом уже по факту методом проб и ошибок придётся решать все те вопросы, которые могут возникнуть в части налогообложения. Всегда есть какие-то тонкости, которые не особо расписаны в Налоговом кодексе. И на эти тонкости просто не каждый может даже обратить внимание.

Что касается оценки, то она требуется в основном, когда компания продаётся. И то не всегда. Если продажа производится между местными игроками, то, мне кажется, они даже могут и не знать о том, что можно оценить компанию перед её продажей. Инвестор, например, хочет оценить, чтобы понять правильную ли сумму он за нее заплатит. Либо тот, кто продаёт, может оценить компанию, чтобы убедиться в том, что он не запрашивает низкую стоимость. Но пока на нашем рынке всё это не очень популярно.

- Можно ли считать «Делойт» крупнейшей аудиторской компанией в Таджикистане?

Это очень сложный вопрос потому, что такая статистика в Таджикистане не ведётся или по крайней мере не публична. Мы можем сказать только, что мы - одна из крупных компаний на рынке Таджикистана. Но утверждать, что мы являемся самыми крупными, у нас оснований нет. Это же всё измеряется доходами, а не количеством клиентов. Поэтому сложно давать оценку. Но я уверена в том, что в будущем будет какой-то рейтинг, который станет вести министерство финансов уже на базе той отчётности, которую мы предоставляем.

- К слову о доходах. Можете ли Вы охарактеризовать динамику доходов компании «Делойт»?

Если считать с того момента, когда я в 2008 году приступила к работе в качестве генерального директора «Делойта», то у нас доходы стабильно росли вплоть до 2014 года. А потом начался кризис. То есть у нас всё выглядит ровно так же, как и у наших клиентов. На нас кризис повлиял скорее из-за того, что именно в эти годы появилось требование о ротации аудиторов. На тот момент большинство наших клиентов были те, с кем мы уже работали более трех лет.

В 2017 году дела уже постепенно стали налаживаться. В целом, конечно, мы подвержены общим тенденциям. Мы работаем с людьми, встречаемся, общаемся и ситуация, которая складывается у них, может влиять и на нас.

В этом году, надо сказать, я наблюдаю у людей достаточно позитивный настрой. Общество начинает чувствовать, что страна развивается стремительными темпами. Всё это положительно отражается и на их деятельности.

Текст: Кристина БОРОДАВКО

Источник: журнал "Иктисодчи" №11, август 2017