Совсем недавно в Бишкеке состоялась ежегодная министерская конференция «Европейский Союз – Центральная Азия», центральным событием которой стала официальная презентация новой Стратегии ЕС по Центральной Азии.  Евросоюз обозначил присутствие в регионе сравнительно недавно, и с тех пор его цели и методы наращивания взаимодействия с центральноазиатскими государствами претерпели некоторые изменения. О том, что представляет из себя новый подход ЕС к сотрудничеству с Центральной Азией, что поменяется в подходе европейских политиков с его принятием и как действия ЕС в регионе соотносятся с позициями России и Китая читайте в статье доктора политических наук, профессора СПбГУ Натальи Ереминой.

Роль ЕС в Центральной Азии

Внешняя стратегия ЕС носит глобальный характер, в котором Азия в целом занимает весомое место. Подтверждением тому служат регулярные встречи представителей правительств стран Европы и Азии (Asia-Europe Meeting). На этих встречах ЕС представлен как единая организационная структура, что позволяет на азиатском направлении формировать общий подход всех стран-участниц. Регион Центральной Азии в рамках данного подхода актуализировался не так давно.

ЕС начал практику взаимодействия с центральноазиатскими государствами только в 2001 г., и тогда это сотрудничество было связано с антитеррористическими задачами. Страны Центральной Азии попали в Стратегию безопасности ЕС, принятую в 2003 г., но только в 2007 г. появился документ «ЕС и Центральная Азия: стратегия для нового партнерства», цель которого заключалась в том, чтобы обозначить четкий интерес ЕС к странам региона. Данная стратегия была несколько обновлена в 2015 и 2019 гг. Кроме того, в 2018 г. была принята стратегия ЕС для всего азиатского направления.

Все стратегии ЕС связаны с целью формирования общих принципов для решения задач в сфере безопасности, энергетики, транспорта и цифровой сети. К настоящему времени стало очевидно, что наибольшие успехи ЕС достиг во взаимодействии с Казахстаном, Кыргызстаном, и в некоторой степени с Узбекистаном.

ЕС заинтересован решать проблемы безопасности и энергетики во взаимодействии с данными государствами, и при этом он автоматически противостоит углублению интеграционных процессов на постсоветском пространстве.

Очевидно, что кадровые перестановки в самом ЕС не изменят сложившиеся принципы сотрудничества сторон, при этом ЕС не готов инвестировать значительные суммы во взаимодействие с регионом. За период с 2014 г. по 2020 г. финансирование со стороны ЕС не превысит €1 млрд для всех направлений сотрудничества со всем, включенными в стратегию ЕС пятью странами – Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном, Узбекистаном. Вероятно, финансовые возможности ЕС на данном направлении в дальнейшем будут уменьшаться. Сокращение финансовых ресурсов уже сейчас влияет на расставление акцентов в действиях ЕС в Центральной Азии.

Инструменты взаимодействия

Важнейшим инструментом в укреплении взаимодействия ЕС с указанными странами стали ежегодные встречи представителей ЕС и правительств стран Центральной Азии, а также разнообразные программы с гуманитарным акцентом. 7-8 июля 2019 г. в Бишкеке (Кыргызстан) состоялась такая региональная встреча. Именно на ней была официально представлена новая стратегия ЕС по Центральной Азии.

Вместе с тем, анализ данного документа показывает, что ЕС не столько готов активизировать свою деятельность в регионе, сколько делает упор на общие глобальные и геополитически изменения, которыми необходимо воспользоваться, и которые необходимо учитывать в укреплении партнерства.

Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини, принимавшая во встрече участие, заявила, что стратегия обусловлена быстроразвивающимся многоуровневым и многосторонним взаимодействием между разными европейскими и азиатскими государствами, ростом регионального сотрудничества.

В новой стратегии Центральная Азия названа ключевым регионом во взаимодействии Востока и Запада, а общая цель Евросоюза связана с концепцией устойчивости. При этом официальные лица ЕС по-прежнему обосновывают укрепление своих позиций в Центральной Азии тем, что амбициозно называют Союз «ключевым партнером» стран региона в решении проблем окружающей среды, верховенства права, внутренних реформ, связанных с управлением, контроле над границами. ЕС признает необходимость поддерживать молодёжь, а также развивать региональное сотрудничество. Области взаимодействия те же, что были определены и в ранних стратегиях: транспортные, энергетические, цифровые сети, усиливающие взаимосвязь между странами, а также сотрудничество между гражданскими обществами стран.

По всей видимости, чиновники ЕС все еще рассматривают развитие стран Центральной Азии как изменчивый, но позитивный процесс транзита к демократической модели. По крайней мере, официальные лица высказывают именно такое оптимистическое отношение в эволюции государств региона. Соответственно, стратегия ЕС не учитывает исторические аспекты, традиции и прочее, но опирается на идею позитивного продвижения государств к демократии и открытому обществу.

Очевидно, что ЕС стремится оказать влияние и на национальные стратегии развития данных стран. Могерини особо подчеркнула, что ЕС верит в потенциал региона, а новая стратегия опирается на совместную работу, а не на интересы исключительно ЕС. Поэтому ЕС ожидает от правительств центральноазиатских стран обращения к опыту ЕС, и прежде всего к стандартам ЕС в различных сферах.

Итоги

Таким образом, новая стратегия Евросоюза в отношении Центральной Азии – это не столько новые идеи, сколько более глубокое и подробное объяснение задач и работы ЕС в данном регионе.

Разумеется, ЕС не может себе позволить планомерное продвижение и масштабное присутствие там, где уже активно действуют как Россия, так и Китай. Кроме того, очевидно, что историческое тяготение данных стран к России и Китаю препятствует продвижению ЕС в регионе. Российская и китайская стороны добились значительного успеха в Центральной Азии, кроме того, нельзя не учитывать экономические связи этих стран с Россией и зависимость ВВП отдельных стран Центральной Азии от денежных переводов трудовых мигрантов, которые там работают.

По этой причине в новой стратегии ЕС делает ставку на гуманитарные проекты – прежде всего, на образовательные программы – а также вопросы безопасности, связывая свое сотрудничество с центральноазиатскими государствами с улучшением ситуации в Афганистане. ЕС осознает, что конкуренция в регионе складывается не в его пользу – он не обладает преимуществами – однако надеется на использование инструментов мягкой силы. Вместе с тем, новая стратегия ЕС не учитывает позиции Китая и России, и не предлагает совместных подходов.

Источник: Eurasia Expert