12 декабря Россия отмечала День конституции. С самого начала независимости бывших советских республик она оставалась для Казахстана ключевым экономическим партнером. Сегодня две страны состоят в Евразийском экономическом союзе, позитивно проявившем себя на фоне мирового кризиса. Двусторонняя торговля также показывает рост около 10% за январь-октябрь 2022 г. Тем не менее, националисты, СМИ и НКО, финансируемые нынешними противниками Москвы, напирают на существование некой угрозы со стороны России или необходимости отойти от всего русского. Они стараются вбить клинья между Россией и ее ближайшими союзниками и партнерами. Какую роль играет интеграция в этих условиях, в интервью «Еаразия.Эксперт» оценил директор Института нового общества Василий Колташов.

− В ходе саммита Евразийского союза 9 декабря президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев подчеркнул, что республика искренне заинтересована в развитии интеграции. Какое значение для Казахстана играет участие в ЕАЭС?

− ЕАЭС для Казахстана в первую очередь важен с точки зрения торговли с Россией. Экономическая логика такова, что Казахстан должен быть с Россией, причем самым плотным образом. Проблема в том, что с точки зрения политики интеграции у Казахстана все не столь линейно.

− Несмотря на давление внешних факторов, товарооборот Казахстана со странами ЕАЭС за январь-октябрь этого года вырос более чем на 7%, составив $23 млрд. Какую роль рынок Евразийского союза играет во внешней торговле Казахстана?

− Казахстану необходимы торговые отношения с Россией в большом объеме, потому что иначе там наступит экономическая катастрофа. Без транзита через Россию он тоже существовать не может, учитывая, что для него ЕС – важный торговый партнер, и поставки идут в том числе через Россию. Торговля с Россией очень большая, потому что так сложилось исторически. И она должна еще увеличиться, если только будет на самом деле реализовываться проект президента Токаева о развитии обрабатывающей промышленности в Казахстане и интеграция этого процесса с развитием российской обрабатывающей промышленностью.

− В числе проблем, отрицательно влияющих на интеграцию, в Казахстане часто называют санкционное давление. Не преувеличивают ли санкционную угрозу в Казахстане?

− Нет, не преувеличивают. Они действительно могут оказаться под санкциями очень легко. Проблема в том, что они подчиняются и признают санкции, которые оказываются важнее, чем участие в Евразийском экономическом союзе. Они всякий раз не словами, но поступками сообщают, что вот, здесь санкции мешают развитию наших торговых отношений, поэтому эти отношения здесь пока не будут развиваться. В санкционной войне Казахстан занимает двойственную позицию.

Сотрудничество осложняется инцидентами с исполнением Казахстаном антироссийских санкций – например, когда они останавливали фуры, везущие в Россию грузы из Евразийского союза по системе параллельного импорта через Казахстан.

− В таких условиях может ли ЕАЭС стать для Казахстана своеобразным спасательным кругом, который поможет стране вернуть и удержать суверенитет?

− ЕАЭС и стабилизирует эту систему, иначе бы там «полыхало». Если бы не было Евразийского экономического союза, то народные восстания и цветные революции в Казахстане возникали бы регулярно. Но торговля с Евразийским экономическим союзом делает Казахстан частью российского рынка.

С одной стороны, казахстанское руководство стремится к участию в интеграции, а с другой не заинтересовано в том, чтобы эта интеграция зашла слишком далеко и сформировала зависимость от Москвы. Они предпочитают находиться в зависимости от Запада, потому что она обеспечивает им некоторую дистанцию от России, и в то же время приносит деньги без больших хлопот, потому что они не занимаются, по большому счету, экономикой. Этим занимается иностранный капитал: они получают здесь доли от добычи, и эта система функционирует как чистейшая, периферийная по окрасу латиноамериканская экономика.

Естественно, здесь существуют классовые противоречия, которые и должны в такой системе быть. Есть недовольный рабочий класс, именно рабочий класс, и полупролетариат, люмпен-пролетарий – это все разные группы, которые чуть что взрываются. Это мы и видели: постоянные забастовки, постоянные невыплаты зарплаты, при этом компания получает огромную прибыль. Этим летом, опять при новом пике цен на нефть, снова были забастовки нефтяников, протесты с лозунгами: «Почему нам не платят месяцами!». Вот такие методы хозяйствования в Казахстане, ведь задача не в том, чтобы создать устойчивые корпоративные структуры, в которых все противоречия минимизированы и развитие идет полным ходом, а наоборот, черпать деньги и плевать на противоречия. Пусть там люди хоть по четыре месяца сидят без зарплаты, неважно, важно сейчас урвать максимум и вывести за границу.

Этот постоянный вывод капитала за границу является причиной неустойчивости тенге. Экономика Казахстана устроена как экономика периферийного капитализма. Попытки игроков создать сильный, как им казалось, финансовый центр в Казахстане, все эти большие надежды периода 2000, 2009, 2013 гг. пошли прахом.

Для того, чтобы изменить ситуацию, Токаев должен создать сильную бюрократию. Нужно сконцентрировать всю добычу в крупных корпорациях под государственным контролем. Нужно жестче разговаривать с американским посольством, британцами. Все, что мы наблюдаем в этом году, – правильные рассуждения президента Токаева. Несомненно, он произнес очень мудрые слова, но они находятся в противоречии с маневрированием между Западом и Россией.

Источник: «Еаразия.Эксперт»