Недавние изменения в общественной жизни Турции и преобразование собора Святой Софии в качестве мечети являются историческими переломными моментами в «Турции Ататюрка». 

Например, глава правящей Партии справедливости и развития (ПСР) и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган назвал первого главу Народно-республиканской партии (НРП) и первого президента Кемаля Ататюрка «проклятым за то, что он нарушил свое долговое обязательство». После это же заявление повторил глава управления по делам религии Али Эрбаш во время проповеди с мечом в руке в день открытия Айя-Софии. По «совпадению» в день, когда Святая София вновь стала мечетью, Аныткабир (мавзолей Ататюрка в Анкаре) был закрыт для посещения под предлогом «дезинфекции».

На самом деле, некоторые из реформ, осуществленных при Ататюрке, еще присутствуют де-юре, но не де-факто. Например, закон о шляпах. По закону мужчины по-прежнему обязаны носить шляпы. Никто не может отменить этот закон, но его никто не применяет. Решение открыть собор Святой Софии в качестве мечети — это отмена действующего решения, подписанного Ататюрком. Решение, принятое «первым человеком партии» без консультаций с общественностью 86 лет спустя, снова без консультаций с общественностью было аннулировано другим «первым человеком партии».

Нобелевский лауреат Орхан Памук заявил, что решение сменить статус Айя-Софии является концом светской Турции. В ПСР оценивают решение так же. Для них модернизация и светскость — образ жизни, который был принудительно внедрен. ПСР «спасла» людей от насильно навязанного выбора. Например, Ибрагим Карагуюлле, главный редактор газеты Yeni Şafak, закрывая глаза на экономические и социальные проблемы, говорит: «Сегодня пришел конец периода упадка и надзора — это начало нового периода подъема». Мустафа Армаган, турецкий историк и поклонник Эрдогана, объясняет проповедь главы управления по делам религии с мечом в руке: «Это возвращение Османской империи».

Факт, что реформы Ататюрка не были оценены всеми силами общества в период, когда они были впервые внедрены. Особенно отрицательная реакция наблюдалась у религиозных групп. Не только реформы одежды и букв. Закрытие медресе и запрет сект, доходящее до крайности вмешательство в обучение Корану, перевод азана на турецкий язык — все это вызывало реакцию общества. Те, кто считают действия того периода давлением, находятся сейчас у власти. Политически исламистская ПСР теперь открыла свое настоящее лицо, которое скрывала под платком с вязью «следуем мнению народа». Хотя это и не совсем расставание с революционными реформами Ататюрка. ПСР считает, что юридические и политические нормы, разрушенные реформами Ататюрка, должны найти повторное применение.

Билал Эрдоган, сын президента, раскритиковал буквенную реформу в телевизионном эфире после смены статуса Святой Софии. Его заявление, что «теперь собор Святой Софии и Турция свободны» и «давайте же соберемся за Халифат!», появилось на обложке близкого к правительству изданию Yeni Şafak. Несколько месяцев назад на AKİT TV, которое показывает политических исламистов, близких к правительству, также транслировался призыв к «халифату».

ПСР уже 18 лет находится у власти, успешно отбиваясь от многих попыток избавиться от «хранителей режима». Даже за эти 18 лет понятия «новый Османизм», «исламский союз» или «халифат» обрели силу. Кто может стоять перед лицом радикальных изменений в Турции? Кемалисты, НРП и прочие оппозиционные группы разделены. Сейчас в судебной системе, парламенте, бюрократии, армии, подразделениях безопасности и разведки главенствует ПСР. В Турции, которая борется с десятками больших проблем, ПСР остается правящей.

Власти действуют политическим насилием. Такой вывод можно сделать потому, что открытие Святой Софии в качестве мечети было превращено в политическое шоу. Этими шагами ПСР пытается сохранить поддержку, которую она потеряла из-за экономического кризиса и нарушений закона. ПСР пытается сохранить свою базу, которая начала расплываться из-за появления новых партий. ПСР без всяких помех воплотила в жизнь идею одного «политического исламистского» агентства, связав по рукам вооруженные силы и НРП, имея поддержку националистов и даже «глубинного государства».

Будут ли действия продолжаться в том же ключе? Буквенной реформы, скорее всего, не бывать. Но провозглашение Халифата — это другое. C точки зрения ПСР существуют некоторые его аспекты, которые могут быть реализованы. Кроме того, для политических исламистов, отмена Халифата — это несравнимая с Айя-Софией потеря. Есть те, кто даже связывает с этим беспорядки, которые происходят в исламском мире.

Самое главное то, что быть избранным халифом означает отмену выборов и никогда не давать отчета своим действиям. Для Эрдогана это и будет путем спасения. И снова Халифат, согласно пониманию ПСР, который на самом деле не является полной сменой республиканского режима, к тому же он существовал до 1924 года. Таким образом, становится возможным провозглашение Халифата, как и в случае с Айя-Софией, посредством убеждения членов НРП и «хранителей режима», которые находятся у власти, давя на них «поддержкой общественности».

По правде говоря, в сегодняшних условиях, Халифат не оказывает объединяющее влияние на исламский мир. Наоборот. Иран, Египет, Сирия, Ирак, Марокко и многие исламские страны больше не поддерживают эту концепцию. Эрдоган остается без поддержки и некоторых групп внутри Турции. Провозглашение Халифата в сегодняшних политических условиях не принесет никакой пользы ничему, кроме самого Эрдогана, чтобы ПСР продолжала оставаться у власти. Так возможен ли Халифат? И да, и нет. Нет дыма без огня…

Источник: МК-Турция