«В Таджикистане необходимо создать очень сильный корпус менеджеров, способных работать на разных уровнях: государственном, отраслевом, региональном и корпоративном. Если мы не сможем подготовить таких специалистов, ситуация в экономике не изменится», - считает доктор экономических наук, профессор Ходжимухаммад Умаров, который в эфире YouTube-канала «Iron King» Ёдгора Исломбекова рассказал о завышенных налоговых ставках и тарифах на электроэнергию, возвращении таджикских денег из офшоров и создании новых рабочих мест для мигрантов.

- Ходжимухаммад Умарович, в одном из своих интервью вы рассказывали, что в студенческие годы по какой-то причине декану факультета не понравились ваши высказывания, поэтому вам выдали «синий» диплом. Скажите, вы по натуре конфликтный человек?

-Нет, я не конфликтный. Напротив, я всегда стараюсь успокоить ситуацию. Даже не помню, чтобы я когда-либо в своей жизни создавал конфликтную ситуацию. Кроме того, я горжусь тем, что я учился в советской школе, в советском университете, в советской аспирантуре и докторантуре.

-В Москве?

-Да. Уровень образования, который я получил в университете, а также уровень знаний, приобретённых в аспирантуре и докторантуре, намного выше, чем уровень образования, который сегодня можно получить в Соединенных Штатах или Великобритании. Я абсолютно уверен в этом.

-А вы потом простили того декана?

- Да, мы стали очень близкими друзьями. Каждый раз, когда я приезжал в Москву, он приходил ко мне в общежитие. Я даже пригласил его на защиту своей кандидатской диссертации, и он пришел.

- Когда в последний раз вы заходили в государственное учреждение, например, в больницу или налоговый комитет?

- Я часто хожу в государственные учреждения. Например, в Министерство экономики. И в больнице был совсем недавно. В моём возрасте нужно следить за здоровьем и как можно чаще ходить в поликлинику.

- Я спрашиваю об этом потому, что интересно узнать, как вы оцениваете работу и отношение персонала в больницах к гражданам?

- Видите ли, я думаю, что уровень обслуживания в больницах и клиниках Таджикистана намного ниже того уровня, который существует сегодня во многих развитых странах. Основной причиной тому является низкий уровень финансового обеспечения этой сферы. Всем известно, какая зарплата у наших врачей.

У врача слишком большая нагрузка -в день он принимает от 20 до 50 пациентов. В зависимости от видов заболеваний в разных местах установлена разная рабочая нагрузка. Тем не менее, у них слишком маленькая зарплата, которой не хватает на жизнь. Я считаю, что сегодня существует острая необходимость в повышении зарплаты врачей, учителей, преподавателей вузов и так далее.

-Это понятно. Однако помимо зарплаты и существующих проблем, отношение врачей к пациентам тоже оставляет желать лучшего. Очень часто в больницах нам приходится часами ждать доктора. Более того, когда врач приходит, он даже не извиняется за опоздание перед пациентами. Для них это стало нормой.

- Если врач поздно приходит на работу, то это считается нарушением трудового кодекса и дисциплины министерства здравоохранения. Если он работает в государственном учреждении, он должен понести за это наказание. Я считаю, что главной задачей руководителей медицинских учреждений является обеспечение дисциплины и медицинского обслуживания на высоком уровне.

Меня удивляет ваш вопрос относительно того, что, например, пациенты сидят и ждут, а врач опаздывает. Если время 8 часов - значит рабочий день начался, а врач должен прийти на работу до начала рабочего дня, то есть до 8 часов. Это установленное правило. Именно с этого нужно начинать.

-Вот поэтому мне не понятно такое поведение, которое мы встречаем сегодня. Если я правильно понимаю, врачи получают зарплату благодаря налогам, которые платим мы с вами?

- Конечно. Наши налоги с помощью налоговой системы Республики Таджикистан перечисляются в госбюджет, точнее переходят в распоряжение Министерства финансов, и там уже происходит распределение накопленных средств. Часть денег используется для обеспечения деятельности медицинского персонала, их материальных затрат, приобретения лекарств и так далее.

- В 2016 году согласно ежегодному отчету Всемирного экономического форума Таджикистан занял третье место в рейтинге стран с самыми высокими налогами. Как вы думаете, на каком месте мы находимся сейчас?

- Я не знаю, какое место мы занимаем сегодня, но полагаю, что Таджикистан входит в десятку стран с самыми высокими налоговыми ставками.

- И сейчас тоже ничего не изменилось?

- Да, существенных изменений нет. Я сторонник того, чтобы налоговые ставки были значительно снижены. Некоторые наши товарищи, работающие в налоговых организациях, выступают против моего убеждения. Они боятся, что снижение налоговых ставок приведёт к уменьшению общей суммы, поступающей в бюджет. Но это не так. Они даже не имеют никакого представления о существующих формулах или моделях, как, например, индексы или Кривая Лаффера, означающая, что чем больше повышается уровень налогообложения, тем меньше будет финансовых поступлений в бюджет. Почему? Потому что люди будут уклоняться от налогов. Поэтому, если так посмотреть, в большинстве европейских стран, где действуют низкие налоговые ставки, люди добровольно платят налоги. Я не говорю, что в этих странах совсем не бывает нарушений, они есть везде. Однако там большинство людей согласны с уровнем ставки и добровольно платят налоги, ведь чем выше поднимаются налоговые ставки, тем больше люди стараются избегать уплаты налогов.

- Давайте немного поговорим о минимальной заработной плате, которая в Таджикистане составляет 400 сомони, или я ошибаюсь?

- Насколько я знаю, да - 400 сомони.

- Как вы думаете, кто контролирует цены на рынках и в супермаркетах?

- На самом деле мы живем в рыночном, точнее в торгово-экономическом обществе. Я за то, чтобы ослабить существующий контроль. Конечно, он необходим, но его нужно осуществлять в рамках норм, которых нельзя превышать. И мы при этом обязаны знать, каким группам государственных служащих следует предоставить больше прав для контроля, а каким меньше, поскольку, чем больше будет количество правительственных учреждений, занимающихся контролем, тем больше они будут злоупотреблять своими полномочиями, следовательно, и уровень коррупции в стране тоже будет расти.

Я думаю, что мы в большей степени должны использовать экономические методы. Предположим, цена мяса составляет 50 сомони за 1 кг. Если мы увеличим его производство в Таджикистане, или же сможем импортировать дешевое мясо из-за границы, то стоимость продукта автоматически снизится. Это не значит, что я сторонник неолиберальных отчётов. Я за то, чтобы между контролем и государственным регулированием использовались экономические методы, то есть необходимо больше и лучше обеспечивать рынок, и так далее. Во всем этом нужна правильная связь, которой, к сожалению, сейчас нет.

- Ранее вы подчеркивали, что право на контроль нужно предоставлять людям, которые лучше справляются с этим делом. Кого вы имели ввиду?

- Вообще я считаю, что любую работу следует поручать тем, ктопервым можетее выполнить, то есть профессионалам. Во-вторых, они должны быть честными. В-третьих, будучи честными и умелыми людьми, они должны быть ещё и энергичными, чтобы смогли доводить дела до конца.

- По вашему мнению, каким должен быть минимальный размер заработной платы таджикистанца, чтобы ему ежемесячно хватало на безбедную жизнь и у него не возникало никаких дополнительных мыслей и тревог?

- На мой взгляд, сегодня минимальный размер заработной платы в Таджикистане должен составлять не менее тысячи сомони, хотя и этой тысячи будет совершенно недостаточно. Я говорю об этом исходя из экономического потенциала республики. Притом уровне экономики, который мы имеем сегодня, можно повысить минимальный уровень оплаты труда (МРОТ) до тысячи сомони.Тот факт, что МРОТ составляет 400-500 сомони, может привести к плохим последствиям и ухудшению ситуации.

- Если минимальная заработная плата составляет 400 сомони, почему мы должны платить более тысячи сомони на налоги? Разве налог не рассчитывается с минимальной заработной платы?

- Нет, есть налог, и есть социальный налог. Социальный налог не включен в установленную минимальную заработную плату.

- В Интернете была опубликована статья, в которой говорилось, что с 1 сентября в Таджикистане цена на электроэнергию будет составлять 22,66 дирамов. Почему же цена на электроэнергию растёт, а руководители говорят, что текущие цены не покрывают расходов «Барки Точик»? Это было 17 июля прошлого года. А до этого, 6 июля выходила другая статья, в которой говорилось, что Таджикистан увеличил объем экспорта электроэнергии в соседние страны на 25 миллионов долларов, что на 6,5% больше, чем в прошлом году. Как вы это объясните?

- Я считаю, что в Таджикистане цены на электроэнергию должны быть намного ниже, чем в соседних странах. Даже ниже, чем сейчас, потому что основным источником электроэнергии является вода, которая у нас бесплатная. Но, к сожалению, менеджмент в этой отрасли хромает на обе ноги. Когда мы говорим о менеджменте отрасли, мы имеем в виду управление в широком смысле этого слова.Во-первых, например, ремонт агрегатов гидроэлектростанции. Говорят, что для подачи воды нужно много денег. Но я хотел бы спросить у руководителей, которые сегодня управляют отраслью, куда делся амортизационный фонд, который должен был существовать с момента ввода этих станций в эксплуатацию до сегодняшнего дня? И сколько денег накопилось в этом фонде? А если не накопилось, то почему?

В Налоговом кодексе Республики Таджикистан написано, что, например, норма амортизации на энергетическое оборудование составляет столько-то. Ежегодно накапливается определённая сумма денег, предположим,12 или 15%. Отсюда возникает вопрос: куда уходят деньги, где хранятся и в каких целях они используются? И почему они не расходуются на ремонт или реконструкцию оборудования, имеющегося на этих крупных гидроэлектростанциях? Во-вторых, кто руководил этой сферой с первых дней независимости республики и до сегодняшнего дня? Более того, были ли руководители «Барки точик» хорошими менеджерами или нет? Работали ли они на пользу общества или просто наполняли собственные карманы?

Мне хочется обратиться к министерству экономики или Аппарату Президента с вопросом: есть ли возможность привлечь к работе профессионалов из гражданского общества? Так как в нашей стране есть много специалистов, например, профессора технических и экономических вузов, из числа которых можно было бы создать большую рабочую группу, или общественную комиссию. Эта комиссия должна представить свое заключение главе государства. Снова возникают вопросы: Можно ли создать такую комиссию? Если нет, то почему? А если да, то почему бы ее не создать в самые кратчайшие сроки? Комиссия сможет определить существующий потенциал «Барки Точик». «В чём причина нехватки денег? В каких целях использовался амортизационный фонд? Почему этих средств недостаточно для модернизации оборудования действующих электростанций?», - всё это очень важные вопросы.

- Каковы перспективы изменения цен на электроэнергию на ближайшие два года?

- В целом, я уверен, что нет необходимости повышать цены, потому что у людей просто нет денег, чтобы оплачивать счета за электричество с учётом такой разницы в цене. Даже сегодняшние тарифы обременяют многих граждан, поэтому их повышение ещё больше усугубит ситуацию. А это означает, что большинство людей не смогут своевременно оплачиватьсчета за электричество.

Во-вторых, я уверен, что, если мы сейчас повысим цены на электроэнергию, тогда наша сельскохозяйственная отрасль окажется в очень затруднительном положении. Мы потеряем возможность орошать большую часть наших сельскохозяйственных земель каскадным способом, а это почти 20% наших земель. Каскадное орошение означает, что вода с помощью насоса перекачивается в большие бассейны, а оттуда с помощью другого насоса воду перекачивают на другую высоту. Например, в Колхозабаде (Балх) или Матчинском районе действует именно такая система. Если мы поднимем цены, что будет с каскадной системой орошения? К сожалению, те, кто работает с этой системой орошения, сейчас молчат и ничего не говорят по этому поводу.

Кроме того, население Таджикистана постоянно растет. Последние 25 лет в таджикских сёлах земельные участки по большей части используются для строительства домов. Другими словами, посевная площадь в республике вместо того, чтобы увеличиваться, наоборот, сокращается, то есть она почти вдвое сократилась по сравнению с тем, что мы имели 25 лет назад. И государство вынуждено использовать новые земли в долинах, чтобы обеспечить людей продовольствием и лучшим жильем. Но в эти ярусы нужно поднять воду. К примеру, если раньше, каскад состоял из двух этапов, то сейчас необходимо выполнить до 4-5 этапов, а на это потребуется много электроэнергии. Значит нам нужно будет отказаться от своей цели –освоение земель, расположенных в высоких долинах, что, в свою очередь, приведёт к увеличению числа трудовых мигрантов.

-К мигрантам мы ещё вернёмся. В 2015 году, когда курс доллара составлял 5,4 сомони, вы сказали, что к концу года он подорожает до 7,5–7,8 сомони. Собственно, так и случилось. Можете еще раз сделать прогноз: сколько будет стоить доллар через пару лет?

- В Таджикистане цены зависят от того, каким будет соотношение спроса и предложения на денежном рынке. То есть, с одной стороны, речь идет о национальной валюте сомони, которую нужно конвертировать в доллары, евро или рубли. С другой стороны, речь идет о том, сколько будет стоить рубль, евро и доллар. С этой точки зрения, дальнейшее ужесточение американских и европейских санкций против России приведёт к ухудшению финансовой ситуации. Это означает, что уменьшится объём поступления иностранной валюты: рублей, долларов и евро, которые поступают в Таджикистан через Россию. Возникнет асимметрия, что, в свою очередь, приведёт к ускорению процесса инфляции, соответственно, доллар будет дорожать.

- Я прочитал статью, в которой вы написали следующее: «...таджикские предприниматели, хранящие деньги в офшорных банках, должны вернуть свои финансы в Таджикистан и хранить их в отечественных банках. Это остановит обесценивание сомони, так как известно, что за пределами республики у таджикских бизнесменов есть много денег...».

- Да, на эту темув зарубежных СМИ было опубликовано много статей. И все знают, что в оффшорах хранятся большие деньги. Они приносят больше пользы мировой экономике, чем экономике Таджикистана. В целом, сейчас наблюдается слабая тенденция к постепенному возвращению и использованию этих денег для строительства жилых домов в Таджикистане. Однако здесь возникает еще одна очень серьезная проблема.

Поскольку банки в нашей стране недостаточно надёжны, люди, чтобы приумножить свои сбережения, покупают новые дома, а сельские жители разводят овец и коров. То есть, люди не хранят свои деньги в банке, так как боятся, что он может обанкротиться. Они покупают дома и хранят деньги «под подушкой». Однако это не поможет развитию производства, так как дом - это объект, в котором деньги «гниют». И как я уже сказал, сельские люди, приумножают свой домашний скот. Возможно они думают, что их козы и овцы (то есть их сбережения) всегда находятся у них перед глазами, и, если случится наводнение, эпидемия или пойдёт сильный дождь, они смогут спасти их. Деньги же, которые хранились у них в банке, до сих пор невозможно вернуть обратно. То есть идёт реальная борьба за существование.

Я думаю, что правительство Таджикистана должно приложить все усилия, чтобы в сложившейся экономической ситуации эти деньги были возвращены в страну из офшоров и направлены на развитие производственного сектора экономики. Ни на финансовый или жилой сектор, а именно на производственный. И этот процесс должен обязательно осуществляться непосредственно под контролем правительства. Я хотел бы отметить одну вещь: этот механизм называют механизмом денежного мультипликатора.

Денежный мультипликатор – это своего рода механизм увеличения количества денег, которых в Таджикистане не так много. Другими словами, в республике уровень монетизации или обеспечения субъектов экономики денежными средствами гораздо ниже, чем в других странах мира. К примеру, если взять индекс NS, в Таджикистане он находится на уровне 13%. А в Великобритании уровень обеспечения субъектов экономики денежными средствами достигает 103%. В России он составляет более 30%. С возращением денежных средств назад в страну, деньги пойдут в производство, то есть войдут в оборот, вследствие чего увеличится объём производства и реализации продукции, а затем снова начнётся производство -именно так работает механизм мультипликации денег. И мы увидим, что через несколько лет уровень денежной массы в Таджикистане достигнет 40-50%, и так далее. С точки зрения безопасности, уровень монетизации экономики в Таджикистане должен составлять не менее 40%. А сейчас он составляет всего 13%.

- В 2017 году вы говорили, что Таджикистан не должен стремиться к роботизации. Как вы думаете, сколько нужно создать рабочих мест для того, чтобы наши мигранты вернулись на Родину и обустроили свой быт здесь?

- На мой взгляд, должно быть создано не менее 1,2 миллиона рабочих мест. Хотя, по расчётам, в стране насчитывается более 2 миллионов безработных. Все дело в том, что на некоторых видах производства на одной работе могут работать три человека. Если предприятие работает в 3 смены. Например, ткацкие и прядильные фабрики, а также предприятия, занимающиеся производством электронных средств вручную. Предприятия, занимающиеся производством одежды, могут работать в две смены.

В данном случае должна быть определённая концепция. Государственная концепция экономической политики –это политика обеспечения занятости, то есть самая главная часть экономической политики государства. Другими словами, государство должно пойти по трудоемкому пути экономического развития.

Нам не нужно экономическое развитие, основанное на использовании подземных ресурсов. Сегодня в Таджикистане для развития человеческого капитала и развития самого человека необходимо создать больше предприятий, которые могут обеспечить максимальное количество рабочих мест для людей.

В данном случае мы должны брать пример с Кыргызстана, который сегодня превратился в швейную мастерскую СНГ. Удивительно то, что до Октябрьской революции кыргызы были кочевым народом, который и до сих пор кочует. При этом сейчас они производят одежду. Например, мужские и женские деловые костюмы для торжественных церемоний, качество которых не уступает одежде, произведённой в Турции. То же самое можем делать и мы.

- Как вы думаете, почему мы до сих пор не смогли этого сделать?

- На мой взгляд, причина в том, что в Таджикистане экономисты имеют слабое влияние на экономическую политику страны. Если бы у них было больше влияния, то их слова, которые они твердят десятилетиями, давно дошли бы до нужного адресата. На мой взгляд, во многих инстанциях есть люди, которые из-за личных интересов не хотят, чтобы прислушивались к словам наших экономистов, особенно к тем, кто работает в области макро- и микроэкономики.

- Членом какой партии вы являетесь сейчас?

- Я не являюсь членом какой-либо политической партии.

- А как же партия «Новый Таджикистан»? В 2013 году в своём интервью вы уверенно говорили, что эта сильная партия нужна для нашей страны и для нашей экономики. Почему она распалась?

- Я не знаю причин ее распада. Однако она обещала создать совершенную программу экономического развития, которая была бы научно обоснованной. Но, оказалось, что это было просто обещанием, а вскоре после этого партия вообще распалась.

- В какой партии вы состояли до 2013 года?

- Я состоял в Демократической партии.

- А почему вы перешли в партию «Новый Таджикистан»?

- Из-за того, что руководство партии обещало разработать совершенную экономическую программу.

- Почему вы не вернулись в Демократическую партию?

- Я был занят другими делами.

- Вы и сейчас занятой человек?

- Я думаю, что сейчас я самый занятой преподаватель, у меня очень загруженный график.

- В конце нашей беседы хотелось бы задать вам несколько коротких вопросов, на которые вы можете также коротко ответить. Назовите две сильные черты вашего характера?

- Если я отвечу на этот вопрос, будет казаться, что я сам себя хвалю. Я не хочу хвалить себя, поэтому, если вы не против, я не буду отвечать на этот вопрос.

- Какую черту своего характера вы не любите?

- К сожалению, в большинстве случаев мне жаль студентов и аспирантов, у которых слабые знания. Возможно, в современном обществе нет места для жалости.

- Назовите три вещи, которые вы считаете важными для экономики Таджикистана?

- На мой взгляд, самое главное –это создать очень сильный корпус менеджеров, способных работать на разных уровнях: на государственном, отраслевом, региональном и корпоративном. Если мы не сможем подготовить таких менеджеров, ситуация не изменится.

-Это первое. А второе ...?

- Второе–должна быть научно обоснованная экономическая политика. И третье –нужно вести самую ожесточенную борьбу с коррупцией.

- Согласен. Каков ваш прогноз относительно экономики Таджикистана на ближайшие пять лет?

- Я думаю, что экономика Таджикистана постепенно развивается. Однако надо сказать о том, что, например, каждая модель экономической политики может обеспечить некое развитие. В частности, речь идет о том, какую модель следует использовать. Если это инерционная модель, то уровень развития будет очень низким.

- То есть, как сейчас..?

- Да. Развитие будет, но на низком уровне.

- Демократическая партия или партия "Новый Таджикистан"?

- На мой взгляд, обе партии не смогли бы обеспечить развитие. И вообще, сегодня ни одна партия в Таджикистане не может обеспечить развитие. Они не способны выдвигать совершенно новые идеи. Такие идеи могут предложить только группа современных ведущих экономистов, то есть специалистов в области экономики. Иными словами, они гораздо важнее, чем политические партии.

- Например, какую из этих двух партий вы бы выбрали?

- Ни ту, ни другую. Посмотрите на Францию. Ни одна партия не участвует в сражениях и протестах, которые происходят на улицах Парижа и других городов. Но все, же эти сражения имеют причину. А причиной является несправедливость, которая существует сегодня во Франции.

- Назовите трех личностей, которых, по вашему мнению, не хватает в Таджикистане.

- Я думаю, это Франклин Рузвельт, Джозеф Стиглиц и ... не знаю кого ещё...

- А из наших предков?

- Я не знаю никого из наших предков, кто совершил бы что-то великое для развития государства и нации. Даже Исмоил Сомони.

-Будьте здоровы профессор, большое спасибо за интервью!

Источник: «Иктисодчи» № 01 (29), январь-март 2021