Замедление экономики отражает снижение доходов в добывающем секторе и необходимость в бюджетной консолидации

Ожидается, что экономический рост в Центральной Азии в 2018 и 2019 годах замедлится, что отражает необходимость в бюджетной консолидации в регионе и снижение темпов роста в добывающем секторе, отмечает Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР).

В своем последнем докладе "Региональные экономические перспективы" ЕБРР указывает на то, что темпы роста в регионе снизятся с 4,8% в 2017 году до 4,6% в 2018 году в результате мер бюджетной консолидации и резкого падение добычи золота в Киргизской Республике.

Ожидается, что в 2019 году темпы роста еще больше снизятся - до 4,2% - в условиях падения доходов в добывающем секторе и роста инфляции, ограничивающей рост реальных доходов и личного потребления. Тем не менее, в докладе отмечается, что в Киргизской Республике, Таджикистане и Узбекистане продолжается восстановление объемов денежных переводов, хотя они и остаются ниже докризисных уровней 2013-2014 годов.

В Казахстане темпы роста, согласно прогнозам, замедлятся до 4,0% в 2018 году и 3,5% в 2019 году по сравнению с 4,1% в 2017 году в результате снижения поступлений от добычи нефти. Однако прогнозируемое существенное увеличение минимальной заработной платы будет в определенной степени поддерживать личное потребление. Инвестиции в основной капитал в нефтегазовом секторе также, по всей вероятности, будут способствовать экономическому росту.

В Узбекистане экономический рост в текущем году несколько замедлился, что отражает, переход торгового баланса в дефицит и замедление роста потребления домашних хозяйств, обусловленное ростом цен. В то время как продвижение реформ в Узбекистане закладывает основу для устойчивого роста на ближайшие годы, либерализация цен и обменного курса наряду с сокращением субсидий привели к корректировке относительных цен и двузначной инфляции. Темпы роста могут несколько снизиться с 5,3% в 2017 году до 5,0% в 2018 году и до 4,5% в 2019 году в результате замедления роста реальных доходов населения вследствие инфляции и дальнейшего увеличения дефицита торгового баланса.

Ожидается, что темпы роста в Киргизской Республике достигнут 3,2% 2019 году, что незначительно превышает уровень 2018 года, в результате предполагаемого роста экспорта несырьевой продукции, обусловленного дальнейшей интеграцией страны в Евразийский экономический союз, а также дальнейшего роста денежных переводов из-за рубежа. Основные прогнозируемые риски заключаются в более медленном по сравнению с прогнозами восстановлении горнодобывающей промышленности и более низких, чем ожидаемые, темпах роста российской экономики.

Экономический рост в Монголии остается стабильным после динамичного восстановления экономики в 2017 году - на 5,1% по сравнению со всего лишь 1,2% в 2016 году. Ожидается, что дальнейший рост экспорта полезных ископаемых и значительный приток прямых иностранных инвестиций обеспечат рост экономики на 6,1% в 2018 году и 6,0% в 2019 году. 

В Таджикистане поддержку экономике оказывают рост инвестиций в основой капитал и продолжающееся восстановление объемов денежных переводов, отмечается в докладе ЕБРР. Тем не менее, в нем также указано, что таджикская экономика столкнулась с серьезными бюджетными проблемами, ухудшением состояния государственного долга, нерешенными проблемами финансового сектора и значительными ограничениями, связанными с инвестиционным климатом. Эта негативные факторы, вероятно, приведут к ухудшению экономических перспектив в ближайшие годы, в результате чего прогнозируется замедление темпов роста до 6,1% в 2018 году и 5,0% в 2019 году по сравнению с уровнем в 7,1%, достигнутым в 2017 году.

В Туркменистане темпы роста, согласно прогнозам, в отсутствие крупных структурных реформ замедлятся до 6,2% в 2018 году и 5,6% в 2019 году по сравнению с 6,5% в 2017 году. Стимулирование роста за счет выделения бюджетных средств будет носить ограниченный характер в свете предпринимаемых усилий в сфере бюджетной консолидации. Темпы роста могут также замедлиться в результате дальнейшего сокращения внутреннего потребления и дефицита иностранной валюты, затрудняющего ведение бизнеса.

Dialog.TJ