История о том, как при застройке в Душанбе удачно соединили прогрессивные тенденции и тысячелетние персо-таджикские традиции, определившие облик города

"Город должен состоять из разнообразных масс, если мы хо­тим, чтобы он доставлял удовольствие нашим взорам", писал 150 лет назад Николай Гоголь. Классик был совершенно прав - человеку приятно жить в историческом городе, когда органичное разнообразие архитектурных стилей удовлетворяет нашу потребность в красоте.

Увы, часто достоинства исторической застройки - ее красоту, гармонию, значение, в конце концов, - приносят в жертву коммерческим интересам. Или сомнительным имиджевым - что еще хуже, потому что совсем не рационально.

Примером этого может быть и Душанбе, где ряд прекрасных зданий, якобы не отвечающих современным требованиям, пустили под ковш ради однообразных, лишенных индивидуального облика высоток.

Известный искусствовед Селим Хан-Магомедов справедливо считал, что в мире всегда существовали два интернациональных суперстиля: классика и модернизм. В течение многих лет зодчие обращались к одному из этих направлений, и, когда, казалось бы, были исчерпаны все инструменты первого стиля, они обращались ко второму.

Только за последние 100 лет в границах СНГ это происходило несколько раз: неоклассику сменил конструктивизм, затем пришла сталинская классика, ей на смену - новый модернизм 1960-х, затем снова минимализм и новый классицизм. Оба этих стиля в силу своей интернациональности органично входили в любую культуру.

Чтобы оценить смену эпох на конкретном (и очень ярком) примере таджикской столицы, давайте обратимся к архитектурным традициям Душанбе с середины 1930-го до середины 1950-х с позиций нашего времени.

В стиле застройки города Душанбе как в зеркале отражались все основные тенденции советской архитектуры. Локальная версия конструктивизма - самого прогрессивного течения начала XX века - нашла место в ранней архитектуре молодого города 1920-х - середины 1930-х, превратив его из горного кишлака в столицу молодой республики.

В основе лежала новая революционная система художественного мышления, выраженная в творчестве ведущих зодчих того времени: братьев Весниных, Гинзбурга, Мельникова, Ладовского и некоторых других.

К сожалению, торжество конструктивизма - положившего начало Душанбе - было недолгим, он сменился, как и везде в СССР, знаменитым "большим стилем" или "сталинским ампиром". Да, он был красив и солиден, но совсем не так оригинален.

Резким переходом к классике в середине 1930-х, по мнению Хан-Магомедова, "был упущен реальный исторический шанс превратить отечественную архитектуру в творческого лидера архитектуры", а самих лидеров новаторских течений тогда низвергнули с пьедесталов.

В 1936-м на I съезде архитекторов Таджикистана по инструкциям из Москвы конструктивизм был обсужден "за безыдейность". Тогда прозвучали призывы "к творческому использованию национальных форм и традиций".

Хотя последний пункт был совершенно несправедлив - даже первые общественные здания в Душанбе заимствовали немало из традиционной архитектуры Бухары, Самарканда и дворцов Ирана.

Первые образцы советской архитектуры в Таджикистане

© Из личного архива М.Мамадназарова

Впрочем, ряд зданий 1930-х удачно сочетал черты и сверхпрогрессивного конструктивизма, и "большого стиля". Это здание Городской поликлиники № 1 (ул. Бухоро), Коммунальный банк (ул. Коммунистическая) и снесенный в конце 1950-х универмаг "Люкс" (угол проспекта Рудаки и Исмоила Сомони).

Здания с элементами классицизма и конструктивизма в Душанбе

© Архив М.Мамадназарова

Впрочем, у "сталинской" классики был один несомненный плюс. Если конструктивисты строили точечно на свободных пустырях, в разных частях города, то последователи "большого стиля" - группа молодых архитекторов из Ленинграда - создали генпланы городов Таджикистана.

В соответствии с генпланом Душанбе, организующая роль центра отошла главной магистрали - пр. Ленина (сегодня - Рудаки), связавшей в единую пространственную систему ряд площадей: Куйбышева, Айни, 800-летия Москвы, Ленина, Путовского.

Поиск точек соприкосновения традиционно-национального и современного в республике велся с середины 1935-го до середины 1950-х. Так, декларировался тезис создания таджикского национального образа в ар­хитектуре, соединенного с модернизированной европейской классикой. В эклектической фантазии архитекторы сочетали классику и национальные мотивы центральноазиатского зодчества.

Во внешнем облике зданий стремились к монументализации, эмо­циональной приподнятости, пафосу, вызванному инду­стриализацией страны в довоенный период и победой в Великой Отечественной войне.

Создан ряд значительных ар­хитектурных сооружений, в которых достигнуто выражение боль­шей силы, благородства, единства ритмического строя и ансамблевости, которые, несмотря на время, не потеряли и сегодня своей индивидуальности.

Получалось неплохо - одновременно внушительно, солидно, но гармонично, совершенно не давяще и, что не менее важно, с использованием традиционных таджиксо-персидских декоративных приемов.

Для примера, вспомните Театр оперы и балета имени С. Айни, чайхану "Рохат", Дом правительства, здание ЦК КП Таджикистана с арочными проемами в духе особняков Исфахана и Бухары, библиотеку Фирдоуси, музей имени Бехзода, ряд других.

Взять хотя бы Театр оперы и балета - его приподнятость на высоком пьедестале буквально "держит" на себе пространство площади. Пространство спереди композиционно завершено большим фонтаном и удачным озеленением.

Образ здания навеян, с одной стороны, европейской классикой, с другой, фасад с колонным портиком в обрамлении глухих объемов по бокам - известный прием древнего зодчества Ирана и Центральной Азии.

Театр оперы и балета

© Архив М.Мамадназарова

Дом Правительства и здание ЦК КП Таджикистана также удачно формировали главные площади города. В их основе лежала трехчастная классическая композиция фасада с главным портиком в середине и малыми портиками по бокам.

И если в Доме правительства больше классических архитектурных элементов, то в здании ЦК, несмотря на строгость образа, много элементов из арсенала центральноазиатской архитектуры - стрельчатые обрамления окон, обходные галереи, граненые колонны и орнаментальные вставки.

Здание было рассчитано на восприятие с проспекта и особенно с проспекта Исмоила Сомони. Увы, наслаждаться видом постройки сейчас можно только на фотографиях - сама она была уничтожена несколько лет назад ради строительства гигантского комплекса на китайские кредиты.

Здания Дома правительства и ЦК КП

© Архив М.Мамадназарова

В этот период строятся общественные и культурные сооружения с индивидуальным обликом: госуниверситет, медицинский, педагогические и политехнические институты. Построенная в 1958-м чайхана "Рохат" (архитектор Терлецкий, народный мастер Олимов) стала своеобразной визитной карточкой города и излюбленным местом горожан и гостей.

Здание представляло собой торжественный, раскрытый в сторону центрального проспекта многоколонный айван. Декоративные росписи потолков, резное дерево и ганч создают атмосферу праздника, так близкого к народным истокам. В разные годы чайхану посещали поэты Мирзо Турсун-заде, Расул Гамзатов, руководитель Вьетнама Хо Ши Мин и губернатор Нью-Йорка Гарриман.

Неслучайно луч­шие произведения зодчества 1940-1950-х сегодня возводятся в ранг памятников архитектуры и культуры в целом, и это достояние необходимо сохранить в современном мире прагматизма и стихийности.

Правда, зодчество республики в советские годы не отличалось излишней помпезностью или перенасыщенностью декором, как это было в других крупных городах СССР. Вместе с тем излишнее декорирование нередко выступает в ущерб экономической целесообразности - советский Душанбе был красивым, аккуратным, лаконичным и от этого вдвойне уютным.

Проект Академии наук Таджикистана

© Архив М.Мамадназарова

Прекрасной иллюстрацией архитектурного стиля, господствовавшего в зодчестве республики 1950-х, служит нереализованный проект Академии наук, состоящей из торжественной классической трехдворовой композиции, богато декорированных помещениями академических институтов, с раскрытым монументальным торжественным фасадом в сторону главного проспекта.

Автор проекта - академик архитектуры Хикмат Юлдашев, издавший в 1957-м замечательный богато иллюстрированный альбом "Архитектурный орнамент Таджикистана".

По его задумке построен Дворец культуры в колхозе Москва (имени Урунходжаева) и ряд жилых домов в Душанбе. Позже по надуманным причинам он был репрессирован и вынужден был покинуть республику.

В свое время в архиве Душанбе я знакомился с архитектурными чертежами гостиницы "Вахш", выполненными в 1930-х. Меня поразило высокое качество рисунков, созданных вручную, с тщательной проработкой художественных деталей фасада и интерьеров. Таджикские архитекторы, уехавшие в Европу в конце 1990-х, изумляли европейских коллег, использовавших компьютеры, умением вручную рисовать и чертить.

Мастерство архитекторов на бумаге прекрасно отражало их иные таланты - в лучших постройках тех времен прослеживается желание зод­чих придать своим проектам индивидуальный облик.

Даже время и смена политических ориентиров не смогли повлиять на это. Многие формы и приемы, расцененные при Хрущеве в начале 1960-х как "архитектурны­е излишества", оказались далеко не лишними и в со­временном зодчестве.

Но о том, как классическая архитектура в Таджикистане сделала шаг в сторону постмодернизма, мы расскажем уже в следующем материале.

Мунавар Мамадназаров

Источник: "Sputnik-Таджикистан"