В условиях стремительно меняющегося мира Центральная Азии становится стратегически важным регионом для всех мировых держав.

Наблюдается развитие «курса на Восток» со стороны России и усиление китайского присутствия в регионе – такое сотрудничество является взаимовыгодным для всех его сторон, однако противоречит интересам США по созданию однополярного мира. Это приводит к попыткам Запада усилить свое влияние на Центральную Азию.

В сентябре в Комитете по внешним связям палаты представителей Конгресса США состоялись слушания по теме «Усиление участия США в Центральной Азии», где свои доклады зачитали заместитель помощника администратора USAID Анджали Каур и помощник госсекретаря США по делам Южной и Центральной Азии Дональд Лу. Судя по содержанию докладов, основным направлением американской политики в Центральной Азии является не инвестиционное или торговое сотрудничество, а противодействие влиянию России и Китая. Так, представители комитета прямо заявили, что США хотят использовать нестабильную политическую обстановку в мире для усиления их участия в Центральной Азии и сосредоточить свои усилия на снижении экономического влияния России и КНР в регионе.

Данную стратегию подтверждает и тот факт, что на фоне спецоперации России в Украине в мае этого года Дональд Лу посетил все страны Центральной Азии с разведкой. И причины этому понятны: после того, как американцы спешно покинули Афганистан в 2021 году, их дальнейшие действия в регионе остались крайне размытыми, Вашингтон лишился разведывательных возможностей в регионе и потерял рычаги влияния не только на сам Афганистан, но и на соседние с ним государства.

Бегство американцев сделало уязвимым и Таджикистан, который имеет с Афганистаном протяженную границу, ведь основной целью американского присутствия там было противодействие терроризму. Важно отметить, что и президент РФ Владимир Путин поддерживал нахождение американской базы в Афганистане в качестве антитеррористической деятельности, о важности совместной работы в данном направлении он объявил и после масштабных терактов 11 сентября 2001 года. Однако, в итоге регион оказался брошен американцами и уязвим как перед «Талибаном», которые теперь периодически угрожают ударами по Таджикистану, так и перед другими террористическими организациями. Вместе с тем, соседние с Афганистаном страны столкнулись с проблемой резкого наплыва беженцев. Тогда американское правительство предлагало центральноазиатским странам разместить у себя беженцев до того момента, как они получат визы США или других стран. Владимир Путин высказал такое мнение по этому вопросу: «Значит, в эти страны можно направлять без виз, к нашим соседям, а к себе брать без виз не хотят? Это что за такой унизительный подход к решению этого вопроса».

В качестве решения возникших проблем Дональд Лу во время своего визита в Душанбе пообещал выделить 60 млн долларов на безопасность, что очевидно не является хоть сколько значимой суммой, учитывая то, что, покинув базу в Афганистане, американцы по сути добровольно оставили талибам огромное количество вооружения и боевой техники на миллиарды долларов. К счастью, сегодня Таджикистан не имеет существенных проблем со стороны афганской границы, по большей части благодаря присутствию в стране 201-й Российской военной базы, готовой к потенциальным угрозам и вызовам и обеспечивающей в стране безопасность и стабильность. В рамках двусторонних отношений с Россией, а также в результате совместных операций ОДКБ в Таджикистане решается и усилившаяся с приходом «Талибана» к власти проблема наркотрафика.

В своих стратегиях по сотрудничеству с центральноазиатским регионом США постоянно говорят об обеспечении «суверенитета» странам региона, однако сами не воспринимают субъектность региона и прямо обозначают необходимость постоянного вмешательства во внутриполитические процессы этих стран, а под «суверенитетом» очевидно подразумевают изоляцию центральноазиатских государств от российской и китайской экономик, что противоречит национальным интересам этих стран, в частности Таджикистана.

Ведь сегодня в Центральной Азии действует около 10 тыс. совместных российских предприятий, которые обеспечивают порядка 900 тыс. рабочих мест. Крупнейший инвестиционный проект в Таджикистане – строительство Сангтудинской ГЭС-1, состоялся при участии 75% российского капитала. В этом году в Таджикистане за счет российского бюджета было построено 5 общеобразовательных школ, а в вузах РФ обучаются 160 тыс. граждан Центральной Азии, на обучение которых Россия выделяет из бюджета около 100 млн. долларов США ежегодно. Объем торговли между Россией и государствами Центральной Азии составил в этом году более 20 млрд. долларов. И это лишь малая часть совместного сотрудничества России и Центральной Азии. В свою очередь, Китай реализует в регионе множество промышленных проектов и занимается развитием инфраструктуры. Результаты сотрудничества всех стран Центральной Азии, как с Россией, так и с Китаем, говорят о том, что обе страны заинтересованы в стабильном и устойчивом развитии региона.

Что касается сотрудничества Центральной Азии с США, то с 1992 года американское правительство выделило Таджикистану более 2 млрд. долларов на различные социальные проекты, а бюджетный запрос USAID для Центральной Азии на 2023 год предполагает более 198 млн. долларов, что на 34% больше, чем в текущем году. Однако, эти финансы являются по большей части донорскими средствами, а не инвестициями и сопровождаются определенными политическими условиями. В частности, так называемое развитие средств массовой информации по факту направлено на формирование синофобских и русофобских настроений. Это доказывает и недавний стэнфордский доклад, из которого хорошо видно, что Запад вкладывает много сил для дискредитации России в инфопространстве Центральной Азии.

Своим мнением об эффективности такой стратегии США по отношению к странам Центральной Азии поделился Иброхим Усмонов, профессор исторических наук, учредитель ОФ «Диалог цивилизаций»: «В те годы, когда Хилари Клинтон была госсекретарем США, она заявляла о необходимости более тесной работы с Центральной Азией, а Афганистан рассматривался ею как центр региона, посредством которого можно было получить выход на Шелковый путь, минуя Россию.

Наверняка современная политика США относительно Центральной Азии является продолжением той мысли Клинтон. Для меня это не сенсационная информация, а действительность происходящих в мире событий, современной геополитики в условиях, когда США хотят доказать, что они сильнее всех, желая создать однополярный мир.

В начале 90-х годов США участвовали в финансировании кыргызской государственности, поддерживая те изменения, которые происходили в республике, пытались создать там военную базу и тем самым найти свой очаг в этом регионе. Было время, когда они стремились привлечь к себе и Узбекистан, но он нашел в себе силы отойти от этой политики и заявить, что республика будет поддерживать дружественные отношения со всеми государствами, не входя ни в какой блок. Таджикистан тоже находится в поле зрения Америки – страна богата ископаемыми ресурсами, которые интересуют США.

Но, я считаю, что многовекторность таджикской внешней политики и понимание важности сотрудничества, прежде всего, со своими близкими соседями, дает уверенность в том, что Таджикистан будет идти своим собственным путем, защищая лишь свои национальные интересы, а не интересы других государств и организаций.

Я думаю, что такой подход в последнее время в Центральной Азии получает большую поддержку. Явным примером является Туркменистан, который поддерживает дружественные отношения со всеми странами, но больше приближается к России, видя в ней более близкого и устойчивого партнера, который может поддержать республику в каких-то ее стремлениях.

Я также считаю, что одним из важнейших факторов укрепления связей между нашими государствами, обеспечения их самостоятельности и отсутствия влияния на них со стороны других держав является укрепление ЕАЭС – в таком случае сила и самостоятельность центральноазиатских государств будет более ощутимой».

Ряд представителей экспертного сообщества считает, что помимо усугубления афганской проблемы, США своими действиями породили и другие локальные конфликты, в частности, попытку государственного переворота в Казахстане в январе 2022 года и конфликт в Горно-Бадахшанской области Таджикистана. По их мнению, это является попыткой поиска слабых мест России за счет создания очагов напряженности на южных рубежах РФ.

Анализируя влияние Запада на Центральную Азию, важно также отметить, что США не учитывает специфику региона. Так, например, в докладе о правах человека в Таджикистане, подготовленном организацией Freedom House, которая спонсируется правительством США, критикуется преследование активистов Партии исламского возрождения Таджикистана. Представители организации, которая запрещена в Таджикистане, выступают за приведение государственных законов в соответствие с религиозными традициями, фактически призывая к созданию исламского государства. Однако США, дискредитируя политику таджикского правительства, поддерживает лидеров этой партии.

«Я сторонник более тесного и постоянного сотрудничества с Россией, - говорит Иброхим Усмонов. Мы с Россией друг другу более близки и понятны. США от нас довольно далеко, и хотя время от времени эта страна тоже обращает на нас свое внимание,  это зачастую бывает связано с какими-то конкретными событиями.

Судьба нашего государства при своем становлении зависела во многом от России. Отношения России с Центральной Азией, в частности, Таджикистаном  - это результат исторического сотрудничества, продолжение исторических связей. Сотни тысяч наших земляков сейчас зарабатывают на территории России, а в условиях сложностей развития нашей экономики после гражданской войны, это солидная поддержка со стороны другого государства. Я думаю, что Таджикистан такую поддержку не променяет на чьи-то чужие интересы».

Матлубаи Кодирзод

Dialog.TJ