К концу августа в Таджикистане выращено 734 тысячи тонн зерновых (87% к плану) и 134 тысячи тонн картофеля. Объём значительный, но, тем не менее, собственное производство продуктов питания пока не покрывает внутренние потребности республики. Своим мнением о ходе реализации стратегии продовольственной безопасности и темпах развития сельского хозяйства Таджикистана с читателями журнала «Иктисодчи» поделился российский политический обозреватель Андрей Захватов. 

Хлеб, как индикатор стабильности

- Андрей Васильевич, несмотря на рост ряда видов продуктов питания, производимых в Таджикистане, импорт продовольствия всё ещё значителен. Сможет ли Таджикистан обеспечить себя продуктами и решить проблему продовольственной безопасности?

- Этот вопрос, пожалуй, один из самых важных – достаток хлеба всегда был индикатором стабильности. Эксперты, исследовавшие глубинные причины социально-политических потрясений последних двух десятилетий в странах Азии и Африки, уверенно говорят о двух основных показателях – о нормальном уровне самообеспеченности стран продовольствием, и о критическом уровне. Нормальный уровень – когда в рационе питания населения страны доля продуктов собственного производства составляет 60% и выше. Критическим уровнем эксперты считают падение производства продуктов питания ниже 30%.

В советский период, когда орошаемые земли в Таджикистане были заняты, в основном, хлопчатником, о производстве зерна в едином общесоюзном народном хозяйстве СССР не особо заботились. Поэтому, после распада Союза, в годы гражданской войны 1992–1997 годов в Таджикистане сложилось сверхкритическое положение с продовольствием. Нехватка еды была настолько острой, что даже в городах, у домов, включая столицу, можно было видеть участки земли, на которых люди выращивали овощи, картофель и даже пшеницу.

К нормальному уровню самообеспечения продовольствием, конечно же, нужно стремиться, но полностью обеспечить себя основными видами продовольствия в обозримом будущем Таджикистан не сможет, и вот почему. В 2016 году республика импортировала свыше 1 миллиона тонн пшеницы и около 90 тысяч тонн муки, в основном казахстанской. Доля произведенного в республике зерна и хлебопродуктов в общем объеме потребления сегодня не превышает 50%, а цена 50-килограммового мешка казахстанской муки 1 сорта достигает 180 сомони. Три года назад она не поднималась выше 165 сомони.

Не все благополучно и с таким востребованным продуктом, как картофель – в минувшую затяжную и снежную зиму, несмотря на импорт из Пакистана, на рынках Душанбе цена за килограмм поднималась до 4 сомони (50 центов). Несколько лучше обстоит с производством плодоовощной продукции и винограда.

- Вы рассказали о ситуации в растениеводстве. А какие тенденции можно отметить в животноводстве?

- Ежегодно бывая в Таджикистане в последние 10 лет, я слежу за динамикой цен на говядину и баранину на рынках Душанбе. Если цена килограмма говядины в 2009 году составляла 17 сомони, а баранины 19 сомони, то сегодня цены составляют соответственно 32 и 34 сомони.  

По данным Агентства по статистике Таджикистана при населении 8 миллионов человек поголовье крупного рогатого скота в республике составляет всего лишь порядка 2,3 миллиона, овец и коз – около 5 миллионов голов. Менее, чем по 1 голове скота на 1 человека – это крайне мало, и по потреблению мяса на душу населения в год у Таджикистана последнее место в СНГ – не более 15 килограмм. Для сравнения - на 3 миллиона человек населения Монголии приходится 61 миллион голов разного скота. Естественно, площадей пастбищ в Монголии в разы больше, но сравнить эти показатели с Таджикистаном будет не лишним.

Парадокс одной и ста коров

- Реформы в аграрном секторе Таджикистана, проведенные в годы независимости, многое изменили. Насколько они, на Ваш взгляд, были полезны?

- Земельная реформа, в результате которой к 2014 году вместо колхозов и совхозов появилось около 74 тысяч дехканских хозяйств и других, новых для Таджикистана объединений дехкан различной формы собственности, включая несколько сотен государственных агропредприятий, агрофирм и акционерных обществ, – в целом эта реформа была оправданной. В результате реформы основная масса дехкан получила то, чем никогда не владела - собственные земельные наделы. И в первые годы после гражданской войны реформа дала положительные результаты - Таджикистан преодолел опасную черту критического уровня по продовольствию.

Но реформа выявила и ряд проблем, в числе которых эксперты в первую очередь отмечают разрушение системы управления оросительными системами. Мелкие раздробленные дехканские хозяйства не в состоянии финансировать содержание водозаборных узлов, магистральных каналов и межхозяйственной оросительной и водосбросной сети.

Хлопкоочистительные заводы в результате реформ были приватизированы и сохранены. Однако значительная часть созданной в советский период производственной инфраструктуры на селе (склады, овоще- и картофелехранилища, крупные холодильные установки), включая автотранспортные и автотракторные подразделения колхозов и совхозов, пришла в упадок.

- Весьма похоже на «эффект домино»…

- Да, «эффект домино» - очень точное образное сравнение. Падение объёмов производства сельхозпродукции повлекло за собой упадок перерабатывающих предприятий и предприятий потребкооперации. Серьёзно пострадали такие направления сельского хозяйства, как семеноводство, снабжение минеральными удобрениями, эксплуатация насосных станций. Особенно сильно пострадала система сбыта произведенной продукции, что, кстати, весьма характерно и для реформируемого сельского хозяйства России.

Выступая недавно на одной из экспертных площадок, российский ученый, старший научный сотрудник Института экономической политики им. Егора Гайдара, кандидат экономических наук Сергей Жаворонков напомнил об известном бизнесу «парадоксе одной и ста коров». Если у дехканина есть одна хорошая корова, то молоко, творог, сливки, сметану и масло употребит его семья, родственники и соседи. Если фермер имеет сто дойных коров – к нему каждый молочный завод будет присылать автоцистерну и увозить молоко. А если в хозяйстве десять коров? Семья и соседи столько не съедят, а молочный завод за пятью флягами молока автоцистерну присылать не будет – ему такой объём не интересен.

И что же делать?

- И что же теперь делать? Проводить в Таджикистане реформы после проведенных реформ?

- Да, проводить реформы после реформ - придётся продолжать поиск путей решения проблем в масштабах отдельно взятого кишлака, группы дехканский хозяйств, района, области. В условиях, когда возможные неблагоприятные погодные условия могут существенно повлиять на сельхозпроизводство, совершенно оправданными нужно признать призывы Президента Таджикистана Эмомали Рахмона к населению – создавать, по возможности двухгодичные запасы продовольствия и не допускать излишеств при приёме гостей.

Но создание запасов продовольствия и экономия на приёмах гостей в праздники – это ещё не выход. Без существенных капитальных вложения в сельское хозяйство ждать от него отдачи бесполезно. Поэтому в числе необходимых реформ эксперты называют первоочередные – коррекция Земельного Кодекса, Налогового Кодекса, пересмотр системы кредитования сельхозпроизводителей, восстановление сельской инфраструктуры, коренное реформирование сбыта продукции и её экспорта.

- Давайте поговорим об экспорте – для Таджикистана это больной вопрос.

- По целому ряду продукции (овощи, свежие фрукты, сухофрукты, бахчевые и виноград) Таджикистан практически полностью покрывает свои потребности и имеет прекрасные возможности для их экспорта, в первую очередь в Россию.

Два года назад профессор Таджикского аграрного университета, доктор экономических наук Ихтиёр Ашуров рассказывал мне, что только винограда в республике ежегодно производится около 200 тысяч тонн. Однако экспорт по итогам 2014 года составил немногим более 5 тысяч тонн, а судьбу нашего урожая часто решают афганские бизнесмены.

Вспоминаю также приезд в Таджикистан в сентябре 2015 года президентов стран ОДКБ - Назарбаева, Путина, Лукашенко, Атамбаева и Саргсяна. Видеоролик о том, как после официальных мероприятий Президент Таджикистана Эмомали Рахмон показал президентам дары природы Таджикистана, просто поразил воображение и набрал несколько сот тысяч просмотровинтернет-пользователей.

Горы прекрасных дынь, винограда, тонкокожих лимонов, абрикосы, персики, сухофрукты - после такой агитации экспорт из Таджикистана должен был бы увеличиться в разы. Но этого не произошло. Кроме Москвы, я часто бываю в городах Центральной России – Владимире, Иваново, Рязани, Калуге, и вижу, что с июля до декабря в эти регионы идёт поток узбекской плодоовощной продукции. Дыни – 60 рублей за килограмм (1 доллар), виноград – 120 рублей (2 доллара). Таджикской продукции практически нет. А ведь Россия настолько велика, что при разумной логистике и приемлемых ценах россияне скупят все, что предложит Таджикистан, и ещё попросят.

- Известно, что в 2012 году была принята «Программа реформирования сельского хозяйства Республики Таджикистан на 2012 - 2020 годы». Как Вы оцениваете перспективы её выполнения?

- Я знаком с этим документом. Разработан он на высоком профессиональном уровне – конкретен, верно расставлены акценты, детально расписаны мероприятия программы, указаны источники их финансирования. Если будут деньги на реализацию программы – в ней нет ничего невыполнимого.

В Программе, кстати говоря, сказано, что специально образованная рабочая группа должна готовить ежеквартальные отчеты о выполнении мероприятий с обязательным опубликованием информации в СМИ. Может быть, я плохо искал, но таких отчётов я не видел.

- И последний вопрос. В южном Таджикистане несколько сот гектаров орошаемых земель отданы в аренду китайским крестьянам, которые, по рассказам, в выращивании риса и овощей показывают чудеса земледелия.

- Судя по прессе, китайцы начали осваивать земли уже и на севере республики. Так почему бы не поучиться у трудолюбивых китайцев новым высокопроизводительным технологиям?

Урожайность картофеля в Израиле при схожем с Таджикистаном климате достигает 450 центнеров с гектара. США и ряд европейских стран давно решили проблему продовольственной безопасности, а ведь колхозов и совхозов у них тоже нет. Там трудятся такие же фермеры, как в Хатлоне, в Согде, в Ишкашиме. Но у них вековой опыт организации сельхозпроизводства. Так почему бы не поучиться у них?

Источник: журнал "Иктисодчи" №11, август 2017