Если бросить взгляд на формирование новой геополитической оси, то очевидно, что объединяющим фактором является разделение сфер влияния в регионе. Он считается "сердцем мира" из-за своих природных богатств, человеческих ресурсов, военно-экономического потенциала, сухопутных и морских коридоров, связывающих Европу с теплыми водами Персидского залива и Средиземного моря. Но, к сожалению, сегодня он страдает от кризисов, военных конфликтов и борьбы за власть.

Визит иранского лидера в Россию был необходим. Он пришелся на переломный момент в ядерном кризисе и переговорах, которые иранцы ведут с "шестеркой" переговорщиков, возглавляемых Соединенными Штатами. Вне зависимости от результатов эти переговоры считаются судьбоносными. Они определят судьбу противостояния, которое ведет иранский режим против экономических санкций, введенных американской администрацией, превратившихся после 2018 года в экзистенциальную угрозу. Меры, предпринятые бывшим президентом США Дональдом Трампом, угрожают свержением нынешней власти в Иране и дестабилизацией ситуации в стране.

Результатом сближения с Китаем стало подписание соглашения о "всеобъемлющем стратегическом партнерстве" сроком на 25 лет, оцениваемое в 450 миллиардов долларов. Иранская сторона также передала России проект соглашения о стратегическом сотрудничестве сроком на 20 лет, цель которого – увеличить объем торговли между странам до 10 миллиардов долларов. Эти шаги, скорее всего, связаны с началом переговоров в Вене по возрождению "ядерного соглашения". Вашингтон продолжает оказывать давление на Тегеран, ограничивая его во времени, а сами переговоры перешли в стадию "составления итоговых документов" или, как говорят американцы, "нового соглашения", отличного от сделки 2015 года.

Иран пытается использовать свой "поворот на Восток" как рычаг давления на Запад, особенно на США и европейскую "тройку", намекая на значительные инвестиции со стороны России и Китая. Американцы, в свою очередь, намекают, что инвестиции американских компаний в Иран – это альтернатива гарантиям невозврата к политике санкций со стороны любой администрации, которая может прийти в Белый дом.Как Тегеран нуждается в поддержке азиатских стран и Востока в целом, так и Россия нуждается в Иране, с которым она имеет много точек пересечения. Например, афганский кризис и борьба с последствиями вывода американских сил, казахстанский кризис и его негативное влияние на Среднюю Азию и "задний двор" России или, как его называет Тегеран, "государства-сателлиты России", сирийский кризис и его мирное урегулирование, влияющее на военное присутствие и безопасность Ирана и его союзников.

Главная причина сближения России и Ирана кроется в эскалации конфликта между Москвой и Вашингтоном, а также странами НАТО и другими европейскими державами из-за украинского кризиса. Иранцы настороженно относятся к российскому представителю в "шестерке" переговорщиков, который может заставить их пойти на уступки, чтобы улучшить позиции Москвы на переговорах с американской стороной по Украине. Тем более, что российская сторона ранее уже ставила Иран в неловкое положение, предложив вариант "временного соглашения" и попытавшись заставить его вернуться к выполнению своих ядерных обязательств в обмен на снятие некоторых санкций. Это бьет по позиции Тегерана, который настаивает на отмене всех санкций, введенных после подписания соглашения в июле 2015 года, и тех, что были добавлены бывшим президентом США Дональдом Трампом после 2018 года и действующим американским лидером Джо Байденом.

Переговоры Раиси с Путиным не оправдали ожиданий иранцев, пытавшихся выставить визит президента Ирана в Россию как политический и стратегический "успех" нового правительства, предпринимающего все необходимые меры против политического и экономического давления со стороны американцев. Это спровоцировало разговоры о плохих взаимоотношениях Ирана с Российской империей и Советским Союзом. Кроме того, иранцы вспомнили, как российский дипломат Михаил Ульянов пытался лишить Тегеран его ядерных достижений, предложив перебросить запасы урана и передовые центрифуги в Россию. В связи с этим вспоминается также стихотворение великого русского поэта и видного государственного деятеля XIX века Федора Тютчева: "Умом – Россию не понять. Аршином общим не измерить. У ней особенная стать – в Россию можно только верить". Россия в глазах иранских политиков похожа на "матрешку" – деревянную разъемную куклу, внутри которой находятся куклы меньшего размера. Смогут ли иранцы сочетать веру с прагматизмом, чтобы справиться с пересекающимися интересами своего российского друга?

Хасан Фахас

Источник: "INOсми.ру" (Al Modon, Ливан)