Раз уж мы приближаемся к международному женскому дню, — который мы празднуем уже 25 лет, — поводов для празднования есть много. За последние 20 лет проблема прав женщин стала одной из главных политических задач (отчасти благодаря программе ООН «Цели развития тысячелетия»/ЦРТ), многие страны добились неплохих результатов в ликвидации неравенства между мужчинами и женщинами в сфере начального образования. К тому же мы видим, что успешно реализуются инициативы, направленные на обеспечение представительства женщин в органах высшего политического и корпоративного управления.

Но многие проблемы еще только предстоит решить. Несмотря на растущее понимание того, что гендерное равноправие является ключевым для социально-экономического развития страны — как подчеркивается представителями недавно созданной структуры ООН-Женщины — еще не до конца изучены многие различные факторы, связывающие между собой вопросы гендерного равенства и процессы развития. В частности, что означает нестабильность экономики для женщин для расширения их прав и возможностей, для их благополучия? И каким образом эти гендерные факторы влияют — или же должны влиять — на принятие решений при формировании экономической политики?

Это особенно важно сейчас, когда мир работает над определением целей устойчивого развития и над расширенной программой развития после 2015 года. И, несмотря на то, что предложение включить в качестве отдельного пункта обеспечение гендерного равенства, несомненно, является поводом для праздника, все-таки более важной задачей будет реально включить эту цель в программу ЦРТ наряду с другими.

Обзорный доклад, опубликованный недавно организацией ООН-Женщины, продемонстрировал несоразмерное влияние социально-экономических и экологических потрясений на женщин и девушек. Приведенные в докладе выводы подкреплены данными, представленными в 2013 году международной некоммерческой неправительственной организацией Plan и независимым научно-исследовательским институтом Overseas Development Institute, который занимается изучением гуманитарных проблем и вопросов международного развития. И уже совсем недавно я сама провела исследование в Кении, в котором проследила динамику «кризисной» незащищенности в период с 2007 по 2009 годы, когда в стране свирепствовал, если можно так сказать, четырехсторонний кризис — политический, продовольственный в сочетании с нефтяным, мировой финансовый, а также продолжительная засуха.

Используя модель, позволяющую учесть различные формы трудоустройства женщин (частный бизнес, постоянная работа, неоплачиваемая работа), а также подробно опросив членов их семей, я попыталась определить различные факторы, побуждающие женщин выбирать те или иные виды работы на различных этапах их жизни.

Полученные результаты оказались на удивление очевидными: экономические потрясения оказывают на женщин гораздо более сильное негативное влияние, чем на мужчин. Они вынуждены выбирать такую работу, которая им не нравится — в том числе «неофициальную» работу в секс-индустрии — чтобы компенсировать потерю заработка в условиях экономического кризиса. И это помимо обычных домашних дел, основную часть которых, как правило, женщина берет на себя. В литературе на эту тему подчеркивается общераспространенная «категоричность» в вопросах, касающихся «мужской» и «женской» работы при выполнении определенных домашних обязанностей. И в Кении, безусловно, эти правила соблюдаются.

Независимо от уровня самооценки женщин результаты исследования были одинаковыми. Применив коэффициент самооценки (основанный на отношении к домашнему насилию), я выяснила, что если в докризисные времена женщины с относительно высокой самооценкой могли отказаться от самых нежелательных видов деятельности, то в период экономических потрясений они считают себя обязанными выполнять любую приносящую доход работу и воспринимают ее как часть своих домашних обязанностей.

Неравенство мужчин и женщин характерно почти для всех слоев общества и сфер деятельности в Кении и, вероятно, в большинстве других стран мира. Но то, что это неравенство становится более ощутимым в период экономической нестабильности, необходимо учитывать в процессе принятия многих важных политических решений.

Сейчас, предпринимая меры по преодолению глобального кризиса, власти направляют основные усилия на восстановление финансового сектора и создание новых рабочих мест, не учитывая при этом неравномерное влияние кризиса на благосостояние людей на уровне отдельной семьи или общества в целом. И если мы хотим, чтобы антикризисные меры были эффективными и социально-ориентированными, политику, направленную на стимулирование возрождения экономики следует выстраивать с учетом гендерных особенностей и низкой степени защищенности женщин.

Однако есть и обнадеживающие тенденции. В настоящее время мы в нашей консалтинговой компании Oxford Policy Management апробируем в Индии инициативы по укреплению финансовой системы, являющиеся частью многолетней программы министерства международного развития Великобритании по недискриминационному экономическому росту беднейших стран (PSIG). В рамках этой программы мы отрабатываем ряд мероприятий по поддержке системы доступа к финансовым услугам. Благодаря этой системе женщинам будет предоставлена возможность получить доступ к источникам финансирования, что поможет смягчить негативные последствия кризиса и связанных с ним потрясений.

Главный принцип заключается в том, чтобы интеграция гендерно-ориентированных инициативы в основной процесс формирования политики была гармоничной. Как отметила Мелисса Лич (Melissa Leach) из Institute of Development Studies, в соответствующих условиях гендерное равенство и устойчивое развитие страны могут стать друг для друга поддерживающим фактором. Однако если внедрять гендерно-ориентированные инициативы «вдогонку» к основным программам или, наоборот, в качестве основных, то, скорее всего, они не дадут положительных и устойчивых результатов. Нашей целью является не просто высветить «скрытые» последствия экономического кризиса, но и сделать их одной их главных тем при обсуждении путей развития страны.

Источник: inoСМИ (газета "Гардиан")